Вор и убийца

Кожаная куртка, обитая по краям темным мехом, какую тут носил каждый второй; высокие сапоги, короткий меч и засапожный нож придавали ему облик настоящего горца.

— Я из здешних, — ответил он на невысказанный вопрос и представился. — Акан Рой.

— Дальше мы двинемся вместе, — произнес Оливер, — до самого конца.

Напоминание о цели похода не потушило озорного блеска в глазах толстяка. Сейчас Акан вызывал у меня симпатию, и дело даже не в том, что горец помог спастись от пуль: просто мне всегда нравились веселые толстяки.

Я даже обрадовался, узнав, что он идет с нами.

Толстяк повел нас к «Белой вазе». Трактир с широким крытым двором располагался на пятой улице от южных ворот. Городок как будто состоял из постоялых дворов на любой кошелек и вкус — роскошные трактиры соседствовали с куда более скромными.

Судя по количеству гостиниц, горожане жили за счет приема на постой путешественников и купцов. Первый Приют являлся первым и единственным пристанищем на дороге от таможни вглубь графства.

Обеденный зал «Белой вазы» оказался самым заурядным — такой же, как в тысяче других подобных заведений.

Между столиков в табачном дыму бегали услужливые девицы в белых чепцах с приятными округлостями под передниками. У выхода подпирал стену вышибала с перебитым носом и пудовыми кулачищами. Хозяин таверны навис грудью над стойкой. Он аж лоснился от удовольствия, оглядывая полный, гудящий басами зал своего заведения.

Из кухни тянуло аппетитными запахами, в животе заурчало. Я занял свободный столик и, похлебывая темный эль, любезно принесенный веселой молодухой, ждал своих компаньонов.

Они устраивали лошадей и, зная мою неуклюжесть в обращении с этими упрямыми животными, сразу отправили меня сюда.

Посреди зала потасканного вида певичка бренчала на лютне что-то монотонное. Гостям представление нравилось, торговый народ одобрительно кивал словам незатейливой песенки о хитром купце и глупом бандите. А кроме купцов и их помощников в «Белой вазе» никого не было.

Я блаженно вытянул под столом ноги — наконец-то не в седле — и принялся набивать трубку табаком.

— Да чтоб тебя!..

Вслед за злобным рыком раздался грохот падающего тела. Большого тела. Какой-то здоровяк споткнулся о мои вытянутые ноги. Сейчас начнется драка. Первый день в Загорье очень походил на день моего прибытия на Костяной Краб. Бракемарт и поясной кинжал слегка вышли из ножен под столом. В драке, особенно уличной или кабацкой, ночная крыса могла удивить любого, а после и удавить. Я был лучшим среди ночных крыс.