Сила рода. Том 7

— Ну и чтобы она публично унизила кого-то одного, а второго попросила о защите. К примеру, сказать, что Зуй - импотент, а Кроп самый сильный воин из тех, кого она видела.

— Коварно, — одобрительно усмехнулся Сёма. — Эд?

— Я с ней поговорю, — кивнул парень и, заметив мой вопросительный взгляд, пояснил: — Я похож на её сына, которого… ну, в общем, есть шанс, что она меня послушает.

— Дожили, — Сёма покачал головой, — действуем, как америкосы! Сплошной шантаж, подкуп и игра на слабостях.

— Знаешь, Сёма, — меня не на шутку зацепили слова пацана.

Я тяжело вздохнул, вновь возвращаясь к больной теме.

— Просто… Если бы дело касалось исключительно одного меня, я бы ни в жизнь не опустился до такого. Но… слишком многое стоит на кону.

— Не хочется умирать, да, Михаил? — криво улыбнулся Семён.

— Хочется не хочется, — я с досадой махнул рукой, — кого это волнует! Просто нельзя.

— И нам, — эхом откликнулся Эд, посмотрев на меня… с уважением?

— Наш человек, да? — Сёма покосился на Эда и, обменявшись понимающими взглядами, развернулся ко мне.

— Операцию «Любовный треугольник» объявляю открытой! Эд!

— Я! — тут же отозвался парень.

— На тебе Звена. Найти подход, показать варианты, зарядить на ссору.

— Есть!

— Михаил!

— Я! — чего уж греха таить, несмотря на всю серьёзность ситуации, я не удержался и решил подыграть пацанам.

— Твоя задача – отвлечь Десена!

— Есть, — усмехнулся я. — А что будешь делать ты?

— А я, — Сёма хищно усмехнулся, — раздобуду нам еды.

Еда – это хорошо. Текущих запасов с лихвой хватит на сутки, но у меня такое ощущение, что всё, что я ем, идёт на восстановление организма.

— Ну и последнее, — Сёма впился в меня требовательным взглядом. — У тебя есть мысли, что делать дальше? Ведь до Десена нам никак не добраться, а бежать имеет смысл только недалеко от Города, да и то, только нам.

— Мы не будем никуда бежать, — я покачал головой и почувствовал, как на губах появляется жестокая улыбка. — Что до Десена, то слушайте, как мы поступим.

Глава 7

Раньше я не любил зиму – замёрзшие ноги, ледяной ветер, пробирающийся под шарф, оледеневшие руки…

Но сейчас… Сейчас я точно понял – я ненавижу пустыню. Эту выматывающую жару, мерзкий песок, невыносимый запах пота и постоянную жажду.