Новый мир. Королевская гвардия

Во все поколения Каганы не жалели денег на иностранных мастеров, которые занимались всем – строительством городов и крепостей, выковкой инструментов и оружия и многое подобное. Так постепенно прижились и обычаи иностранцев в среде высших аристократов. Страшно сказать, теперь власть и сила хана измеряется не только в головах его стада и саблях войска, а в развитости городов и богатстве земель.

- Дурдом какой-то. – Хмыкнул я, и тут карета остановилась. Ну, вот и всё. На ближайшую ночь я не Глеб, попаданец с земли, исполняющий великую цель, а Белый Волк, граф Гардариканский.

Выйдя из кареты, я выпрямился во весь свой богатырский рост (степняки мне редко даже до подбородка доставали), следом Керит, телохранитель, который вроде как должен выйти первым, но я не мог больше сидеть в этой тесной кибитке, а последним Гремиран. Вдохнув в полную грудь свежего воздуха, перемешанного с запахом вина и фруктов, я облегчённо выдохнул. Красота!

- Господин Белый Волк, позвольте мне сопроводить вас. – Ко мне подошёл богато одетый слуга, низко поклонившийся.

Я хотел было ответить, но под прожигающим спину взглядом Гремирана проглотил слова и кивнул. Слуга развернулся и, идеально выпрямившись, отправился к открытым парадным воротам. Справа от меня встал Гремиран, слева Керит. Держа идеальную осанку, я принял вид максимально высокомерный и надменный, как и подобает аристократу. Хотя движения были непривычно лёгкими, ибо даже золотая кольчуга весила ничтожно мало, а большего из брони носить не требовалось.

Мы прошествовали по огромной галерее, вдоль стен которой выстроились гвардейцы в тяжёлой парадной броне с красными плащами. Так мы дошли до ещё одних ворот, перед которыми пришлось остановиться. Сопровождавший нас слуга вышел вперёд и громко, на весь большой праздничный зал, заполненный аристократами, проговорил:

- Граф Гардариканский, Глеб Белый Волк! – И тут, как и положено, я спокойным размеренным шагов вышел вперёд и, стараясь не обращать внимания на десятки внимательных изучающих взглядов, стал спускаться по лестнице.

В дальнем конце зала возвышался на пьедестале большой трон, на котором восседал сам Каган. Он мне чем-то напомнил графа Отриа, только вот чем… прямой взгляд с лёгким прищуром, спокойные показательно медленные движения, обманчивая расслабленность. Воин. И не просто воин – полководец.

От ворот до трона был свободный коридор, охраняемый двумя десятками гвардейцев со стягами Каган в руках.