Воин

— Позвольте помочь вам расставить всё!

— Мне не нужна помощь. Давай жратву и проваливай, задрал уже! — высокомерно ответила я и тут же засмущалась, потупив глаза. Как высокородная леди может опуститься до выражений грубых мужланов? Отец был бы недоволен!

Но толстяк понял так, что я забоялась его. Естественно, этого не было. От смущения до страха — целая пропасть. Да и смутилась-то я исключительно себя. Того, что так быстро перенимаю грубые людские повадки.

— Ах ты, сладкая сука, сейчас я покажу тебе что такое сервировка стола! Микки, малыш, она тут голая! Вали сюда! Позабавимся!

Мужлан попытался схватить меня за горло, но я мощным ударом сломала ему руку, а потом нос.

— Давай мою жратву, сволочь! — в злобе прорычала я и почувствовала, как глаза засветились красным. Выхватив пакет из руки заоравшего здоровяка, ногой ударила в живот и почувствовала, как треснул его крестец под слоями вонючего жира. Потеряв сознание от боли, человек упал на землю. Тут же откуда-то из темноты выбежал идиот, сидевший на лавочке, когда мы приехали.

По виду такой же ублюдок, как и толстый.

— Шлюха проклятая! Что ты сделала со стариной Роном? Да я тебя!

Малыш Микки вытащил из кармана складной нож и в несколько движений сделал так, что его лезвие раскрылось.

— Что, не видела ножик-бабочку, малышка? Сейчас я сделаю тебе пару надрезов на сиськах, но если ты...

Устав слушать бахвальство, я выхватила нож, и воткнула его прямо в череп Микки. Странно, но здешние люди не носили шлемов, их легко можно убить простым ударом ножа в голову.

Микки захрипел, закатив глаза, и упал прямо на жирную тушу Рона. Я сильно расстроилась. Черт... Охота отдохнуть и поспать, а перед дверью у меня валяются два дохлых мерзавца, от которых нужно по-быстрому избавиться.

— Ма, что там за шум, всё в порядке?

— Да, всё хорошо. Возьми еду из мешка и сервируй на стол!

— Ма, тут не стола!

— Положь куда-нибудь, сейчас я приду!

— А ты куда?

— Провожу дядю, не переживай! Я закрою дверь!

Грубо чертыхаясь, я взяла тела за щиколотки и потащила прочь от двери, во тьму.

Хорошо, что комната была последней и лишний раз можно не маячить на виду. Рядом с мотелем росли кусты, и, хотя стояла глубокая ночь, я прекрасно видела во тьме и могла поклясться, что там никого нет. Но за углом здания кто-то стоял. Ещё один отморозок, как раз тот второй, что сидел и хихикал с Микки, когда мы проходили рядом. Он стоял и мочился прямо на угол здания, что-то мурлыкая себе под нос. Не сбавляя хода, я ударила его ногой в шею.