Три службишки

– Стало быть, ветер будет прижимать их к мели. Пойдут на веслах, чтобы опасное место проскочить...

Чуть помолчал – и произнес странные слова, которые повергли разбойников в почтительный трепет:

– Вижу позицию, продумываю комбинацию... Вниз по реке идут две белые ладьи. Вон за тем островком, что зарос ивняком, ждет наша черная ладья... Яга Велесовна вроде сказала, что у вас пушка есть?

Дымарь доложил, что пушка есть, да пороху в обрез и ядро только одно.

– А пушкарь есть?

– Есть пушкарь, Кузьмой кличут.

– Пушку мы перетащим на утес, – прикинул атаман. – Кузьма, достанешь отсюда до струга, когда он во-он там будет?

– Чего ж не достать? – прищурился седой строгий Кузьма. – Достану.

– Первый струг пропускай, по второму бей. Не потопишь, с одного ядра-то, но переполоху наделаешь. Они же не знают, что у нас больше ядер нет! Забе́гают, засуетятся, ветер да течение понесут их на мель. Вторая ладья им не скоро сможет на помощь прийти.

– А ежели промахнешься? – усомнился кто-то.

– Промахнусь? Я? Да зачем мне это надобно?.. А как захватим купеческий струг, так сразу...

Не дослушав, Яга тихо ушла. Она здесь больше не была нужна.

* * *

На следующий день Яга и Васена запустили по серебряному блюдечку наливное яблочко – и с интересом наблюдали за появившимся на блюде речным сражением.

– Сарынь на кичку!

– Про него еще будут слагать песни, – гордо заявила Яга.

– Бабушка, – тихо спросила Васена, – почему ты мне про живую воду не рассказывала? Где ты ее взяла?

– В овраге взяла. Из того родника, к которому ты каждый день по воду ходишь, – ответила Яга.

Старуха ждала новых вопросов. Не дождалась. Васена сдвинула брови, чуть подумала и сказала негромко:

– Если человек так хочет свою душу освободить, что готов хоть к зверю в зубы, хоть к черту в пекло, то зачем ему какая-то вода? Да пусть она хоть дождевая, из бочки...

– Умница, – кивнула довольная Яга. – Добавь еще, что никто человеческую душу не освободит, если человек сам не постарается. Обязательно – сам...