Эдемский Маг. ТОМ II

Мы отстроим этот мир заново и больше никогда не допустим еретиков до нашей святой власти. Я обещаю это тебе, Дамир, мой друг!

Ковбой кивнул и Верховный архимаг покинул его общество, направляясь к старику, судорожно целующему крест своими сухими губами.

— Адонис, дружище, мы справились, — неверящим голосом Вальтер произнёс эту истину и обнял старого архимага, утыкаясь маской ему в твёрдое, старое плечо.

— Верховный маг, вы — наш герой. Вы — наш спаситель. Вы — самый мудрый человек на свете. Эта грандиозная победа — ваших рук дел! Бог поддержал вашу инициативу с походом и теперь все обманщики получили своё наказание.

Слава всем магам, борющимся за всё самое светлое и праведное в этом мире!

То был триумф Вальтера, то была его победа! Воронка, страшная громадная рана на теле мира, сейчас трепещала от громких возгласов и криков остатков войска, в эту минуту гордо марширующих вверх, прочь из огромной дыры, обратно к своим архимагам, что смогли принести победу в этой непростой, страшной Магической Войне:

— Слава Церкви Господа! Слава Вальтеру! Слава нашему Верховному архимагу! Победа! Победа! — кричали в один голос выжившие солдаты, продержавшиеся, не сдавшиеся мечу врага, стоявшие за свою правду до самого конца и верящие в этот громкий победный финал.

Каждый архимаг слышал эти кличи, слышал эти крики своих людей, сумевших спасти жизни, сумевших доказать преданность и верность своему делу. Они возвращались со славной победой на устах и никто не мог отобрать их триумфа.

В начале показались головы, на которых покоились до блеска чищенные шлемы.

После Дамир лицезрел доспехи поднимающихся кричащих воинов. А спустя ещё минуту пред ним предстали воины в полный рост. Они тянулись и тянулись из этой глубокой воронки, словно черви из-под толщи земли. На тот момент всё было выиграно, всё казалось закончившимся и таким ясным, как солнце в голубом небе…

Верховный шёл к своим солдатам уже восстановившийся. Шёл, гордо воздев голову к небу, смотря на своих солдат как на победителей.

Он шёл им навстречу под солнечными лучами, такими яркими и ослепляющими, шёл к своим людям, сейчас благословляющим его и твердящим о сокрушительной победе над злом.

Акбек, счастливыми глазами младенца, заворожённо смотрел на послевоенную картину и искренне восторгался. Лысина его ярко сверкала, как и глаза, широко распахнутые и восхищающиеся радостью после страшной Войны. Он так мечтал стать свидетелем чего-то прекрасного, триумфального, великого.