Постфактум

Большой и, надо сказать, приятной неожиданностью (только они пока не знали об этом), ведь никакого ожившего мертвеца здесь не было. Вместо него из неглубокого тёмного подполья на них смотрело маленькое волосатое существо. И в тот самый миг, как лавка в сокрушительном ударе обрушилась на тёмный зев подпола, оно выпрыгнуло и громко заверещало.

— Фух, фух, фух, — запыхтел, прыгая по печи, маленький шерстяной клубок с круглыми чёрными глазами, из которого торчали короткие ножки. — Зашибешь, дурной, ох, зашибешь же!

— Ох и напугал же ты нас, Запечник[2], а ну, уймись! Уймись, тебе говорю! — грозно, но в то же время с почтением выкрикнул Годогост.

Как ни странно, существо послушалось. Для начала прекратило скакать и шумно пыхтеть, а потом и вовсе село, свесив маленькие босые ноги с края печи.

— Не бойся, мы не желаем зла ни тебе, ни твоему дому, — Годогост примиряюще опустил меч и продолжил вкрадчиво: — Дай нам всего лишь ночь, Хозяин, и мы уйдём с первой зорькой.

Маленькое существо, названное Годогостом Запечником, настороженно вглядывалось в лица мужчин и молчало. Выглядел хозяин избы чрезвычайно необычно. Все его маленькое тельце покрывал густой чёрный пух, безобразно торчащий в разные стороны, грязный, местами свалянный в колтуны. Большие чёрные глаза-пуговицы, маленький веснушчатый нос картошкой. Где заканчивается туловище и начинается голова — определить было сложно.

— Добрый гость всегда в пору, — бархатный баритон полился из крошечных уст Хозяина. — Ложь белой ниткой шита, сразу вижу её. Только нет в вас злого умысла, разрешу ночь скоротать.

Не успел Годогост отблагодарить радушного хозяина, как тот резко выкрикнул, указывая в сторону притихшей Ясмины.

— Только ей в моей избе не место, пусть идёт прочь!

[1]Креслав Корочу́н — в славянской мифологии злой дух, сокращающий жизнь и олицетворяющий смерть в раннем возрасте, а также, по мнению ряда исследователей, божество нижнего мира, являющееся повелителем морозов, холода и мрака.

[2]Запе́чник — домовой, домово́йко, хозяин.

Глава 4

Глава 4

Ночь сгустила краски за выбитыми окнами деревянной избы, но полуденный зной и не думал уходить. Лёгкий ветерок, что днём изредка пробегал по лесной поляне, волнуя пёструю компанию цветущих трав, сошёл на нет. А на звёздном небосводе, к удивлению Ильи и Ясмины, взошло сразу две луны.