Сага о халруджи. Книга 2. Индиговый ученик

– Я еще не готов! – закричал он, глотая горькую воду. – Прости меня, Магда.

Фадуна рассмеялась и подплыла к нему ближе.

– Не хочу умирать, – прошептал он, чувствуя ее крепкие объятия.

– Держу! – оглушил его голос Нуфа, и Арлинга потянули наверх.

Море отпускало неохотно. Воздух вошел в горло, словно лезвие клинка, с болью рассекая наполненные водой легкие. Фадуна держала его за руку до тех пор, пока к ним не подплыла лодка. Когда их пальцы разъединились, Арлинг понял – Магда сделала свой выбор.

Он пришел в себя на палубе, ощущая спиной мокрые доски. Вода подкатилась к горлу и начала выливаться из него бурным потоком. Регарди чувствовал себя так, будто родился заново. Хотелось кричать на весь мир и смеяться беспричинным смехом идиота. Вместо этого он корчился в руках держащих его людей, извергая из себя морскую воду, которая все не кончалась. А вместе с водой на палубу «Черной Розы» вытекал яд бессилия, отчаяния и равнодушия, которым он заразился весной прошлого года.

– Я не подведу тебя, – горячо прошептал Регарди, забившись в кашле.

Людей он заметил не сразу. Вокруг было слишком много шума, и Арлинг не мог понять, какая его часть принадлежала людям, а какая – морю. Наконец, голос Абира пробился сквозь завесу хаоса и заорал у него над ухом.

– Следующего раза не будет, рыбья твоя башка! Тысяча чертей! Да ты бы на рее уже болтался, если бы он утонул. Акулий плавник тебе в глотку! Чего стоишь, как маяк на рифе? Думаешь, раз вытащил его, так тебе все с рук сойдет? Я тебе что сказал? Глаз не своди! Получишь двадцать плетей сегодня же!

– Слушай, Абир, зря ты так с мальчишкой, – пробасил рядом какой-то голос. – Он жизнь ему спас, а ты сразу – плетей… Нуф хороший парень, толковый, а этот, хоть и родня тебе, но, дьявол меня побери, он слепой! Какой от него прок? Овощ, только каюту занимает, будто у нас места навалом.

Басистому договорить не удалось, потому что раздался смачный хруст и звук падающего на палубу тела.

– Кто еще считает, что мой племянник овощ? – тихо проговорил Абир, но его было слышно даже сквозь шумную игру волн.