Плюмагна. Надвигающаяся буря

Но это не означало, что в остальном солидарность орков была за ним.

— Ты винишь его в убийствах? — посмеиваясь, вмешался Янар. — Скольких ты девок испортил, мудило? Или резня в Приречье была не твоих оглоблей делом?

— Что бы то ни было, пока я жив, «Медведи» не пойдут в битву вместе с черноглазыми! Это — позор для всех Кланов!

«Не сказал бы, что ты нужен мне живым...» — про себя усмехнулся Ахим.

— Думаю, это решаемо, — кашлянул он в кулак. — Ты сказал, что этого не случится, пока ты жив. Я вызываю тебя на поединок до смерти!

— Хоть прямо здесь, Пёс! — облизнул губы берсерк, разминая кулачищи.

Внезапно возник Болотный. Будто уж, старик просочился между ними и замер, разведя руки в стороны.

— Не сметь проливать кровь в священном зале! — рявкнул он. Костлявые длани шамана возлегли на плечи обоих. Ахим почувствовал, как от пальцев старика в него полился невероятный холод. Словно опустили в фонтан, где вместо воды струился чистый лёд. — Право поединка, священное для Кланов, велит соблюдать обычай.

Демонид кивнул. Компромиссы, как учит Пророк, могут быть найдены лишь с теми, кто к ним готов. В других случаях, как любили говорить сами «златоглавые», лучший аргумент — холодная сталь.

— Да. Пусть будет так. За звание вождя племени Медведя! — проговорил он. — Если победа будет моей.

— Чего, Пёс? Какой с тебя вождь? Ты же не орк и даже не плешивый гоблин! Я не буду биться с тобой за такое! — Урслак попытался сделать шаг назад, но мёртвая хватка шамана не дала ему даже шелохнуться.

— Значит, ты добровольно уступаешь своё племя мне. Орк, отказывающийся биться, помнится, приравнивается к проигравшему.

Клыкастую морду перекосило от гнева. Скорчив покрасневшую рожу, он взвизгнул:

— Обойдёшься, слабак! Если выиграю я, то твоя бритоголовая сестра достанется мне в качестве трофея! Уверен, её задок достаточно узкий!

— Ты серьёзно? — в голосе демонида звучала лёгкая насмешка. Она осталась незамеченной.

— Испугался?

— Разве что за тебя.

Жихикш развёл их в стороны в знак согласия. И громко объявил:

— О, народ степей, завтра на рассвете состоится поединок за звание вождя «Медведей». До той поры, пока не выяснится его имя, совет приостанавливается. Все свободны!

* * *

Проводив последнего из младших вождей взглядом, Ахим обернулся на шаги за спиной — Фийхнан и Шива. В том камне, что заменял сестре выражение лица, ныне читалось недовольство.

— Интерес-сное ресшение.