Плюмагна. Надвигающаяся буря

— Да вашу же мать!

Кое-как успокоив Лексию и убедив её, что жуткого вида нежить здесь вовсе не враг (во что с трудом верил даже сам призрак), остроухий был вынужден, по итогу, жрицу ещё и привести в себя совсем не джентльменскими пощёчинами, когда та упала в обморок.

— Потом будем бояться! Сейчас надо спешить на помощь Корнелиусу! Объясню всё позже!

* * *

У двери кабинета Корнелиуса им встретилась уже до боли знакомая картина открывания. «Они так со всей мебелью или только с дверьми?» — промелькнула мысль.

— А старик неплох, — усмехнулся Телбрион.

–— Уверен, он будет рад это узнать, если выживет... Сколько их там?

— Четверо, — заглянув сквозь стену, ответил призрак. — Похоже, патриарх их так впечатлил, что никто атаковать не рвётся.

— Ага... Лексия, можно тебя попросить об одолжении?

Жрица перевела всё ещё широкие от страха глаза на Глорианта и слабо кивнула.

— Конечно.

— Наложи на меня этот... «Щит Поборника», верно? Вот та светящаяся штука который.

Девушка быстро закивала и затараторила нечто среднее между молитвой и заклинанием, пока спутника не окружило золотистое сияние.

— Ну что ж... Давайте сделаем это. Раз-два... — встав у проёма, он негромко добавил «Три!» и с воплем «Лирой Дженкинс!» бросился в атаку.

Четвёрка убийц, пытавшихся добраться до Корнелиуса, лучше всего могла быть описана словами «Не вижу разницы»: одетые в одинаковые сероватые одежды, вооружённые одинаковыми короткими мечами.

Все эти размышления насчёт внешнего вида врагов длились те жалкие мгновения, что ушли на сближение. Обрушив Леди на ближайшего, который ещё и ослеп от яркого свечения, эльф отсёк тому кисть вместе с оружием, что та держала, а затем рассёк оппоненту лицо. Хлынула фонтаном синеватая кровь. Тело свалилось на пол.

Рядом возник Телбрион.

— Можно я оставлю эту статую после боя себе? — усмехнулся призрак.

Элемент неожиданности закончился, и теперь оставшиеся двое, оказавшись в меньшинстве, были вынуждены одновременно следить за перезаряжавшим арбалет Корнелиусом и внезапным подкреплением.

— Полагаю, миром решать дело никто не желает? — риторически спросил Телб.