Свершение

– Доброе утро, нянечка!

Девушка вскочила на стул прямо с ногами и, устроившись поудобней, прощебетала:

– Чем ты будешь баловать меня сегодня? Что-то я голодная с утра.

Приятно удивленная настроением своей воспитанницы няня, молча поставила перед ней тарелку рассыпчатой каши с кусочками разнообразных фруктов и уселась напротив, радостно наблюдая, как Талис с удовольствием уминает свой завтрак, набивая рот полными ложками.

– Ну, рассказывай! – произнесла она, когда пичуга склевала последнее зернышко.

– О чем? – девушка изобразила игривое недоумение и, вдруг, откинувшись на спинку стула и запрокинув голову, прошептала: – Ах, няня!!!

Блаженная улыбка и взгляд, устремленный куда-то вверх, туда, за облака, в мир мечтаний и грез, сказали старушке почти обо всем.

– А знаешь, нянь, – спустившаяся с небес, Талис подняла голову – а ведь ты оказалась права – Матвей и впрямь сын Верховного Правителя. – Она чуть призадумалась. – И он мой враг… а меня это ничуть не пугает. – Девушка вновь откинула голову на спинку стула.

Ее мысли снова оторвали Талис от реальности.

– Это хорошо. – Довольно ответила няня. – Но, все же, будь поосторожней, приглядись к нему внимательней. – Предостерегла она. – Ошибка будет дорогого стоить.

Беспечный взгляд девушки показал, что в данный момент никакие увещевания не пойдут ей впрок.

– Беги переоденься. – Продолжила старушка, убирая со стола посуду.

***

Наместник с раннего утра готовился к встрече с дочерью. После вчерашнего разговора он ожидал увидеть ее холодной, отстраненной и подавленной. Но, к его великому удивлению, в кабинет вошла улыбающаяся, веселая и жизнерадостная девочка.

– Мне казалось, что сегодня ты будешь на меня сердиться. – произнес Кобурт после традиционных поцелуев и объятий. – Вчера ты ушла, явно недовольной.

– Так и есть, – отозвалась Талис, плюхнувшись в глубокое кресло, – но потом прикинула и решила: а чего переживать-то? Рано или поздно все равно нужно будет выходить замуж, так почему же не извлечь из этого максимальной пользы.

Прагматичный подход дочери к столь деликатному вопросу привел Наместника в неописуемый восторг. Просто гора свалилась с плеч – все же, несмотря на обстоятельства, он искренне любил свое дитя и не желал ему тяжкой судьбы.