Свершение

Твоя мудрость глубока, великий жрец.”

В ту минуту Матвей подумал о том, что и среди таких людей можно найти единомышленников, если суметь изменить их отношение к людям и взгляды на жизнь. Но всерьез думать об этом сейчас не имеет никакого смысла, время само расставит все на свои места.

***

– Позволь представить! – произнес настоятель, обращаясь к вошедшему в келью Матвею. – Деян. В прошлом – командующий одной из армий в войне против Наместника Крайних земель.

Из-за стола поднялся высокий, худощавый мужчина лет сорока и протянул Матвею руку.

– Матвей. Сын Верховного Правителя Восточного государства. – В словах жреца сквозила некоторая официальность.

– Что же привело столь высокопоставленного человека в нашу несчастную страну? – Холодно спросил Деян.

Юноша понимал, что Деян, будучи, пусть и в прошлом, военным высокого ранга, прекрасно осведомлен, что наследственность Матвея не предполагает собой никакого высокого статуса.

“Проверяет меня на тщеславность, – подумал он, – что ж, имеет право.” Но вслух сказал:

– Я хотел бы решить всего два вопроса и надеюсь получить поддержку в Вашем лице.

– Полагаю, пустячных? – С нескрываемым сарказмом спросил Деян.

– Довольно-таки да, если решать их только за столом. – Парировал Матвей.

Их взгляды скрестились, как два клинка, высекающих искры. Пред юношей сидел закаленный жизнью воин с железным характером и несгибаемой волей, его серые пронзительные глаза сверлили Матвея в течении нескольких секунд.

– Деян. – неожиданно строго произнес настоятель. – Я не стал бы приглашать тебя по пустякам.

– Извините, святой отец. – уже миролюбиво ответил военный. – Я готов выслушать Вас! – Он снова строго посмотрел на своего визави.

Выслушав Матвея по поводу освобождения Яниса, Деян безразлично произнес:

– Пустая затея. Вызволить его из крепости невозможно. Даже если удастся выманить Залтака с сыном из цитадели и напасть на них, эта атака не обойдется без потерь.

– Вы абсолютно правы. – невозмутимо ответил Матвей. – Поэтому освобождение Яниса является сугубо моей личной задачей. Ее действительно будет трудно выполнить не решая, параллельно, главного вопроса – свержение Шанкира.

Деян снова впился взглядом в Матвея. Его заявление стало полной неожиданностью и для настоятеля храма.