Волчьи выселки

Лишь в центре деревни осталось с десяток ветхих построек из бревен и кирпича. Одной из них был двухэтажный трактир, куда и поселили короля.

— Подайте ужин нам наверх, в спальню, — скомандовал Миракулус. В пути компания питалась вяленым или сушеным мясом и сухарями. У лорда свело челюсти от голода, когда он почуял аромат супа. — И поставьте все кровати в одну комнату.

— Тесновато! — хмыкнул шут, когда слуги послушно передвинули все спальные места в самый просторный покой.

— Зато безопаснее, — возразил лорд.

— По-моему, местных можно не бояться. Они такие вялые, такие измотанные… В то же время, глаза у них нереально добрые. Как у щенков.

— Это и странно, — Миракулус выбрал для себя ту кровать, что ближе к двери. Рони указал на ту, что в углу. Шута разместил возле окна, а Полторы Кормилицы и Норди между Рони и шутом. — Я никогда не видел настолько безвольных людей в наших краях.

Дюжина вновь разделилась. Шестеро отправились наблюдать за окрестностями. Еще шестеро остались в трактире, чтобы дежурить под окном королевской опочивальни, на ведущей к ней лестнице, в конюшне и в общем обеденном зале.

— Скоро равнина с волками, да? — Рони старался, чтобы его голос звучал как можно более равнодушно. Но Миракулус все равно уловил, что юноша страшно волновался.

— Да. Примерно в паре дней пути отсюда.

— Вы там раньше были?

— Нет. Никто из нас. Никогда.

— И даже Дюжина?

— Насчет них никто не знает, где они бывали и что видали.

— Им нужна еда и вода? За все время пути я ни разу не видел, чтобы они…

— Не знаю.

Ужин в захолустном трактире в подметки не годился замковой кухне. Но суп, мясо и картофель были горячими, из-за чего путники жадно на них набросились, а потом быстро разомлели. Они уснули почти одновременно — а проснулись из-за того, что простыни начали их душить.

Постельное белье схватило постояльцев за горла с такой силой, словно было чугунными тисками. Люди захрипели. Рони обкакался. Шут попробовал разорвать пути, но только пальцы себе повывихивал.

Пленники не продержались бы и пяти минут — но к счастью, лорд Миракулус страдал от паранойи. Он никогда не снимал с пояса кинжал, даже когда спал. Да, есть риск во сне пропороть себе бок.