Memento mori

Вряд ли его слова были совсем уж пустой похвальбой – вильдграф, конечно, хотел произвести впечатление на меня, а значит и на тех, кто стоит за мной, и куда выше меня. Однако сил у него и в самом деле имелось достаточно, чтобы покончить даже с весьма крупной бандой скандинавских грабителей, забравшихся так далеко от родных фьордов.

Мне кажется, я начал понимать – с какой целью вильдграф решил задержать меня. Но пока это были лишь догадки на основе умозрительных наблюдений, не более того. Делать какие бы то ни было выводы пока ещё рано.

- Гляди, - обратился к капитану вильдграф, - вот это будет крепость. – Он передвинул полупустое блюдо с мясом и капустой так, чтобы оно стояло прямо между ними. – Ты со своими рейтарами, капитан, встанешь вот тут. – Вильдграф положил двузубую вилку с обратной стороны крепости-блюда, как будто отделяя ею край стола. – Когда мы прижмём кальмарцев как следует, они побегут, - повторил он, - и побегут они сюда. – Он ткнул пальцем в сторону вилки. – Там за небольшим перелеском старые вырубки и от них рукой подать до тракта.

- Понял, как не понять, - пожал плечами капитан. – Не в первый раз мои рейтары врага под корень изводят.

- Вот и славно, - кивнул вильдграф, сам себе наполняя кубок новой порцией свежего вина. – Ух и хорошо! – выпалил он, глотая его. Обжигался, но пил, проливая вино на бороду. – Ух и славно ж тут винцо делать умеют!

- А кто будет с умными справляться? – спросил у него капитан Курцбах.

- Они умные, так и я – не дурак, - пробурчал вильдграф. – Шотландские стрелки Лесли встанут там. – Чтобы подтвердить свои слова, он положил в том месте, на которое указал Курцбах, ещё одну вилку. – Думаю, пары залпов из их аркебуз умным будет достаточно, чтобы не лезть в чащу. Ну, а на случай, если всё же сунутся, с ними будут мои ребята – уж они-то не дадут шотландцев в обиду.

Думаю, шотландцы вполне могут постоять за себя – недаром же их наёмники, зовущиеся дикими гусями, ценятся по всей Европе, и охраняют самого теократа Священной Римской империи, потеснив имевших эту привилегию жителей Лесных кантонов. А ведь и те отменные рубаки. Скорее всего, дело в том, что вильдграф не желает подставлять под удар людей из своей дружины, безоговорочно преданных ему лично.