Memento mori

– Это же был лучший ковёр! Его мне из самого Крыма привезли!

И потому он постелил его у камина, где его пятнали прожжённые вылетающими оттуда искрами мелкие дырки. Однако ничего подобного говорить Мастеру я не стал.

Вместо этого я обернулся к нему и медленно, каким-то почти театральным, подсмотренным, наверное, у Фантески движением снял маску. Я швырнул её на пол, и она с глухим стуком ударилась о ковёр у самых ног бандитского главаря. Мастер Колоды содрогнулся всем телом. Он попытался податься назад, вжаться спиной в спинку дивана.

- Ты! – закричал он громче прежнего. – Ты! Это же ты! Ты умер! Тебя не может тут быть!

- Может, - по контрасту тихим голосом произнесла всё ещё сидевшая у его ног Фантеска. – Ведь он – сам дьявол.

- Но как?! – продолжал кричать Мастер, но я видел, что паника его во многом наигранная, и правая рука бандита уже шарит где-то за спинкой в поисках пистолета, припрятанного там.

Вот только оружия за спинкой дивана не было – я знал о нём от Фантески и позаботился обо всём заранее.

- Господа, - обернулся я к замершим аристократам, видимо, до сих пор не понимающим, на каком они свете, - вам стоит покинуть этот дом. Тем более что скоро здесь будет достаточно солдат, а вам, наверное, совсем не хотелось бы беседовать с их командирами.

- Да-да, - первым пришёл в себя старший.

Он подскочил с дивана, будто ужаленный, схватил за руку всё ещё мешкавшего товарища, и вместе с ним буквально выскочил из помещения. Даже не попрощавшись.

- Ты провёл меня, - уже куда более спокойным голосом произнёс Мастер Колоды, - и не раз. Но что за черти служат тебе, раз ты такой дьявол, как говорит моя ведьма.

В его словах была известная ирония, которой сам он понимать не мог – ведь это я скорее служил дьяволу, пускай даже и в рясе, да ещё и с псом и факелом, нашитыми на груди.

- Просто люди, - пожал плечами я, - обычные, в общем-то, жители Лесной страны.

Кантон Во находился на границе графства Пьемонт и недаром назывался Лесной страной[1] – даже по меркам кантонов он был очень уж лесист. Именно это и стало причиной гибели почти всего его населения. В нём не было крупных городов, кроме Лозанны, почти вымершей от чумы ещё в самом начале эпидемии. Большинство населения кантона селились по деревням, живущим в основном охотой и браконьерством в пьемонтских землях.