Memento mori

- И как тебя занесло в эту крепость? – поинтересовался я, продолжая следить за выгружающимися солдат ами через линзы подзорной трубы.

- Я искал замену моей прекрасной «Галеге», - мечтательным тоном произнёс Рамирес, - и вкушал все прелести нового мира. Подальше от разлагающегося трупа Европы. Так меня занесло в Новую Венецию, где я пускай и недолго, но был уважаемым человеком, командиром флотилии. Дрался с берберийскими, алжирскими и египетскими пиратами. Ну и конечно, не мог пропустить такое событие, как схватка одного с двадцатью.

А вот теперь мне суждено стать свидетелем ещё более выдающегося события.

Я же про себя отчаянно молился, чтобы мы спокойно забрали кого надо, как говорится, под шумок, и убрались из тюрьмы поскорее. Вот только что-то подсказывало мне: не выйдет, потому что тот, кто мне нужен, сегодня и будет биться один против сотни врагов.

Комендантом тюрьмы оказался человек, мало похожий на венецианского аристократа. По крайней мере, я жителей этого островного полиса считал несколько иными.

Хотя, конечно, находился в плену стереотипов, но что поделать. Комендант же был из той породы, о ком точнее всего говорит фраза – ни рыба, ни мясо, самый средний человек. Среднего роста, средней внешности, среднего, по первому впечатлению, ума. Одевался он тоже вполне себе средне, как бы сглаживая контраст между скромно одетым мной и роскошным, пускай и слегка потрёпанным, Рамиресом. Капитан «Espirito Santo» снова нацепил свой плащ из павлиньих перьев, и шляпу его украшало длинное перо той же птицы.

- Господа, прошу простить, но все места на арене проданы давно, - покачал головой комендант. – Мне искренне жаль, что вы проделали столь долгий путь напрасно.

- Я здесь не для этого, - ответил я в тон коменданту. Рамирес же как будто случайно шагнул к окну, положив на подоконник шляпу, и принялся со скучающим видом глядеть на пристань. – Извольте ознакомиться с моими бумагами.

- Я принял вас лишь потому, что вы официал Авиньонской инквизиции, - резко ответил мне комендант, - но это не значит, что я буду терять на вас время.

- Ну что вы, - развёл руками я, палец украшало массивное серебряное кольцо, - я не столь важная персона. А вот автор сих эпистол – другое дело. Вы же не желаете задерживать личного официала прелата Лафрамбуаза, не так ли?

Надо было, я бы и легатом самого Папы Римского назвался, хотя это уже совсем наглая ложь, но кое-какие бумаги посерьёзнее тех, что я предъявил сейчас коменданту тюрьмы, у меня имелись.