Memento mori

Надеюсь, тот совсем не одичает от общения с баском и его зверями.

Я кивнул, принимая это к сведению. Моя уверенность в Агирре выросла, хотя я до сих пор не был уверен в искренности его намерений.

На прощание с баском и Скрипачом тоже много времени не понадобилось. Мы не слишком много общались даже после того, как я пришёл в себя и начал тренироваться. Арбалетчику куда интересней было работать над своим оружием и опробовать новые технические решения, придуманные вместе с тевтонским инженером. Агирре же стал как-то дик и нелюдим, предпочитая компанию своих волков.

- Надолго уплываешь? – спросил только у меня Скрипач. Ему явно хотелось как можно скорее вернуться в мастерскую или на стрельбище.

- Несколько недель точно, - ответил я. – Надеюсь, к этому времени ты с инженером закончишь работать над Виолиной.

- Совершенству нет предела, - вздохнул арбалетчик, - и наш труд можно будет, наверное, только прервать, но не назвать завершённым.

- Ты неплохо начал обращаться с мечом, - сказал мне на прощание Агирре, крепко пожимая протянутую руку.

- Надеюсь, к моему возвращению ты разживёшься нормальным мечом, - неуклюже пошутил я.

Баск оставил себе обломанный в битве на руднике меч, и во время наших тренировок продолжал пользоваться именно им. Хотя легко мог взять себе любой – куда лучшего качества – в оружейной при поместье инквизитора.

- Этот меч мне верой и правдой служил, жизнь спас, - серьёзно ответил Агирре, - я не могу просто так взять и отказаться от него.

- Варвар, - хлопнул его по плечу я, и, развернувшись, зашагал к воротам инквизиторского поместья.

За ними меня уже ждала карета, которая отвезёт в небольшой портовый городишко Виареджио. Ближайший к Лукке морской порт. Внутри уже сидел кастилец в плаще из павлиньих перьев. А вот то, что вместе с ним поместился иудей Гедалия, меня сильно удивило.

- Решил проводить меня? – поинтересовался я у него.

- Хотел спросить о судьбе одного нашего общего знакомого, - ответил он.

- Вряд ли, находясь там, где он есть, - пожал плечами я, - наш общий знакомый отдаст тебе деньги.

- То, что ты хочешь, обойдётся в ещё более солидные деньги!

Когда дело касалось серебра, а особенно золота, Гедалия мог дать фору многим своим братьям по вере.

- На сей раз они не твои, Гедалия, а твоего покровителя, - отмахнулся я.