ЛЕС. Часть 1,2,3

Тем временем никакого движения ни на стене, ни за ее пределами видно не было. Все молча наблюдали, разговаривали шепотом. Кто же поднял тревогу?

- Митька, - дернул я ученика за рукав. – Ты скажи мне, если нам ничего не угрожает, то чего тогда панику такую подняли? Где эти выродки-то?

- Их Карыч заметил, передал нашим часовым на вышках, а они уже сигнал по общине дали. Ну, чтобы все готовы были. Эти выродки, они хитрые и коварные. Одно слово – выродки.

- Который раз слышу, все хочу спросить: Карыч – это что такое вообще?

Митька глянул на меня как на совсем уж безумного, раз такие вопросы задаю.

Я в ответ пожал плечами.

- Карыч – это ученый ворон, - втолковывал Митька с умным видом. – Они у нас вроде наблюдателей. Сверху-то, знаешь ведь, все лучше видно.

- Здорово! – искренне удивился я. – Это как коптеры или беспилотники!

- Чего? – не понял Митька.

Я махнул рукой, мол, не вникай. Понятно, что в это новое средневековое время про такое даже если слышали когда-то, то крепко забыли.

Сверху прилетела здоровенная шишка, хряпнулась рядом со мной на доски, подпрыгнула и улетела вниз.

Я успел заметить, что размером еловая шишка как ананас. Хорошо, хоть не на башку, нет, без каски здесь и без выродков опасно.

Я поднял глаза кверху. Как раз над нами, метрах в трех выше висела огромная еловая ветвь. Вопрос возник сам собой.

- Митька, - зашептал я, потрепав его за плечо. – А почему выродки не могут по веткам к нам перелезть? Это ж так очевидно!

- Ничего и не очевидно! – процедил сквозь зубы Митька.

Достал я его своими вопросами, что ли? – Под деревьями налито, да и ствол до первых веток смазан липовой смолой. И так все деревья вокруг общины. Влипнешь – не вылепнешь.

Липовый сок, кто бы подумал. Начинаю понемногу привыкать к местным особенностям.

Мы минуту помолчали, ноги стали затекать от неудобной позы. Где же эти выродки, хоть бы одного увидеть.

Сверху несколько раз каркнули.

Митька оживился, глаза заблестели.

Я задрал голову, пытаясь через ветки разглядеть ворона-разведчика.

Кинул взгляд на Митьку, тот пристально вглядывался в щель между бревен куда-то в глубину Леса.

Я тоже прильнул к бревнам.

Какая-то муха или комар привязалась: жужжала в самое ухо. Я, не глядя отмахнулся. Жужжание прекратилось. Из леса донеслись необычный шорох и тихие голоса. Наконец-то.

Приземистый, ширококостный, низколобый в грубых шкурах на голое черное волосатое тело неандерталец, расставив ноги, вышел из-за дерева, остановился в десятке метрах от частокола.