Энеата. Воин и Солнце

Энеата тревожилась обо всём: ей было страшно, что Зара вновь нападёт; она боялась, что Зара забудет о ней или не сможет найти её и вернётся к порче земель Арка и Эрисума; она переживала из-за слов Зары, сказанных тогда, винила себя во всех её бедах и то и дело решала, что смерть Эне успокоила бы сестру и тем самым защитила бы других. Изредка сквозь эти рассуждения всплывали и простые заботы, от размышлений над которыми Энеата признавала себя глупой и мелочной. Алые полосы порезов, пересекшие левую половину лица, казались девушке невыносимо уродливыми, и асу не хотела никого видеть и не желала ни с кем общаться, отвечая кратко, вечно отворачиваясь и пытаясь прятать боевые отметины под укрывшим голову льняным платком.

Асахир молчал. За всю дорогу дорогу он не сказал ей ни слова, хотя изредка оборачивался в её сторону, провожая долгим, тяжёлым взглядом ярко-зелёных глаз. В этой тишине Энеата тоже винила раны; прекрасно помня слова Асахира, что тот произнёс ночью на стоянке, асу всё же думала, что теперь даже Асахир, когда-то назвавший её красивой, не захочет брать её в жёны.

Но в день, когда с рассветом вдали показались очертания города-крепости, байру Асахир всё же подошёл к Энеате и хмуро произнёс:

- Теперь иди рядом со мной, асу. Так мне будет спокойнее.

Как непохож на другие города Идшар! Высокие, в два или даже три раза выше энаранских, каменные стены, верх которых ощетинился деревянными кольями; башни, тень от которых нависала над всей округой. Позади неприступной крепости грозной грядой выросли высокие скалистые горы, не позволявшие врагам обойти город сзади; вход охранял барбакан, отгородивший узкий мост через глубокий ров; пальмовые рощи теснились к берегам Реки, оставляя вокруг твердыни широкие открытые пространства, где враг не смог бы подобраться незамеченным.

Единственный путь в город – узкая дорога, ведущая к отводной башне; пройдя сквозь толстые стены барбакана, отряд возвращавшихся идшарцев вместе с Эне пересек мост и приблизился к главным воротам.

Внутри город казался ничуть не дружелюбнее.

Не замечать взглядов, направленных на неё, Энеата не могла. Слишком многие, кивая на девушку, перешёптывались, и юная асу смущалась, краснея, но не могла заставить себя не следить за зеваками. Байру Асахир положил руку ей на плечо, но от этого стало только страшнее.