Вертел я ваши кланы! Том 1 и 2

— А почему камень, а не бумага?

Дед посмотрел на меня, как на идиота. Потом сообразил, что мне просто в новинку, и терпеливо объяснил.

— Бумага со временем разваливается. Сколько она пролежать может, ну, пару столетий. И то если хранить аккуратно. Уничтожить её – пара пустяков. Да и изобрели бумагу сравнительно недавно... — он закатил глаза, вспоминая.

— И поэтому важные сведения записывают в камень?

— Нет, в обычный камень – пустячные. Это же просто камушек, голыш, на речке нашёл. Важные – в кристаллы. А особо важные – в обломки.

.. так, это тебе рано ещё знать. В общем, представляешься, говоришь про свои намерения относительно Вадима, и не забудь сказать, что ты это сам придумал. Пока говоришь – ману лей.

Я взял в руки камень. Действительно, самый обычный окатыш. Сосредоточился, пустил тонкой струйкой ману и произнёс:

— Я, Медведев Михаил Кириллович, подтверждаю, что хочу встретиться с Вадимом Тихомировым, старшим клана Тихомировых, исключительно по собственной инициативе, и только для обмена информацией касательно игры Аврора и происходящих в ней странностей.

Никаких намерений вмешиваться во внутренние дела клана у меня нет, каких-либо указаний, просьб или приказов на такое вмешательство я не получал.

Остановил поток маны и отдал камень деду.

Тот подержал его в руке, прислушиваясь, и удовлетворённо кивнул.

— Всё чисто. Будь осторожен, Миша. Если Лоленко решит, что ты лезешь в его дела, у него будет совершенно легальная причина делать с тобой всё что пожелает. И вот в этом случае мы тебе не поможем, потому что он будет в своём праве.

Это не прокурорша, это исполняющий обязанности главы Старшего клана.

— Деда, слушай, я может глупость спрошу, но лучше ведь спросить... А нельзя просто попросить Лоленко о встрече с Тихомировым? Как-то по дипломатическим каналам, что ли?

— А почему ты спрашиваешь об этом только сейчас, — дед подался вперёд, — а не до того, как втравить в историю родителей?

— Я подумал, что раз Тихомиров не всё рассказал своим людям, значит, и они могут не обрадоваться желанию с ним пообщаться.

— Правильно подумал, — дед немного помолчал, пристально глядя мне в глаза. — Ты, Миша, в целом всё делаешь правильно. Но ведёшь себя... как наглый, неотёсаный... подросток, которому закон не писан, а если писан, то не читан. Не надо так. Советуйся. С отцом, с матерью, со мной. Чтобы дров не наломать. Ты здесь новенький, здесь другие законы, здесь не мировому судье бумажки строчáт, а вызывают на поединок.