Том 1 "Пробуждение" – Том 2 "Принятие"

— Хорошо, — ответил Шон и начал собирать с пола гайки и болты, что раньше являлись частью одной дверной конструкции вагона.

— Я РАЗОРВУ ТЕБЯ... ПУСТЫШКА! — проведя пальцем по собственному горлу, подвыпивший гесшен побежал прямо на худощавого подростка.

За спиной Шо тряслась незнакомка. Он не мог позволить насильнику пройти мимо.

Адам бросил в лицо противника всё, что успел собрать к этому времени и прыгнул к крепышу в ноги.

Барьер обезумевшего гесшена сработал, но в этот раз иначе: перед лицом лысого зависла всего одна гайка, когда все остальные предметы попали в цель.

Это не могло как-то существенно навредить хулигану, расчёт был на другое.

Щит одарённого оказался не рассчитан на множественные объекты, потому малец, с присёщей его телу лёгкостью, проскочил в ноги и заставил противника пошатнуться.

Крепыш упал на Шона и покатился вместе с ним по полу.

В этот же миг в руке школьника вспыхнула острая боль.

Стиснув зубы, Адам пытался выбраться из-под давящего на него тела, когда в его лицо прилетел массивный кулак.

Удар одарённого оказался очень тяжёлым.

Голова школьника качнулась, и затылок парня встретился с твёрдой поверхностью пола.

Хлынула кровь. Перед глазами подростка всё закружилось хороводом.

Шон никак не мог понять, откуда такая нечеловеческая сила у его противника.

Новый удар пришёлся в живот.

Он был настолько мощным, что мальца подкинуло в воздух и он пролетел несколько метров, пока не врезался в металлическое основание ряда сидений.

Его рука вновь хрустнула.

«Теперь точно сломал!» — переживая очередной приступ боли, вынес вердикт бывший курсант.

Амбал с пирсингом по «всему телу», неумолимо приближался к юноше. На его лице красовалась довольная результатом ухмылка.

Девушка не выдержала давления. Завизжав, она стала молить гесшена, чтобы тот остановился, но всё было тщетно.

С трудом поднимаясь на ноги, Шо нащупал на полу вырванную металлическую дверную ручку и, угрожающе выставил её перед собой.

На одной стороне псевдооружия не хватало части металла. Массивная ручка выглядела остро, но... не для барьерщика.

Он победоносно рассмеялся.

— Иди уже ко мне, шавка! — зазываючи, поманил он шатающегося юношу. — Я позволю тебе ударить себя один раз, после чего... УБЬЮ-Ю-Ю! Ах-ахах! — под конец рассмеялся он.

Кровь заливала всё лицо молодого воина. Один его глаз, к этому времени, уже плохо видел.

Шатаясь, изгой брёл к гесшену.