Том 1 "Пробуждение" – Том 2 "Принятие"

Песня усиливала атмосферу обречённости, отчего настроение пробивало дно, а единственным желанием стало, дойди до хозяйственного отдела в ближайшем гипермаркете, где приобрести мыло с верёвкой.

Девушка гневно посмотрела на ухмыляющегося бармена.

— Ты издеваешься?

— Вот что я тебе скажу, дочка, — начал местный лекарь, — почёт и слава приходит ни к тому, кто никогда не падал, а к тому, кто поднимается как можно выше после каждого своего падения. В общем, займись делом и прекрати уже напиваться. Добро мне зазря только переводишь.

Из рук Арико исчезла рюмка, которую ловкий бармен быстро ополоснул, закрутил на пальце и начал натирать сухой тряпкой.

Вроде прозвучало грубо, но с какой-то родительской любовью и ноткой заокеанской философии. Арико не обиделась. Все завсегдатые уважали старика-бармена знавшего тысячи колоритных историй и поговорок на все случаи жизни.

— Свободно? — прозвучало откуда-то сбоку.

Пьяненькая, но считающая себя абсолютно трезвой, девушка широко махнула рукой.

Соседний стул дрогнул.

Мутные глаза Арико впились в, скорее всего, собутыльницу. А кто это ещё может быть?!

Высокая, светловолосая дама с офисной причёской на голове и плоской грудью прожигала глазами журналистку.

— Меня зовут Кира.

«Трезвая» протянула ладонь для рукопожатия.

— Ик... Арико.

— Как вам погода?

Смерив собеседницу взглядом, Сузу выдала:

— Прекрасная, чтобы напиться.

В последнее время, дела в индустрии новостей на первом канале были, мягко говоря, не очень.

Заметив плоский телевизор над барменом, Кира попросила увеличить громкость.

Как раз показывали свежие новости.

— Как вы можете заметить, за моей спиной находятся несколько тысяч человек, которые уже сутки осаждают резиденцию М.А.Г. в Киото, — говорила журналистка на фоне безумной, что-то скандирующей толпы. — Требования собравшихся остаются неизменными.

— Попал парень, — ни к кому не обращаясь, начала провокационный монолог личная помощница Кристофера Сендерса. — Теперь, чтобы остаться на волне хайпа, журналюги вывернут ситуацию наизнанку, а этого старшеклассника сделают идолом «революции».

— Юкинэ Маори, — увидев знакомое лицо, оскалилась завсегдатая бара.

Арико всем сердцем ненавидела эту телеведущую.