Айрин, графиня из Бездны. Книга 2

Изворотливые. Они придумали массу способов — и продолжают рожать! Некоторые матеря прячутся во время родов. Кто–то подкупает докторов. Кто–то — меняется детьми. Всё это глупости, — уверенно заключил Дарнет — Уж поверьте моему опыту, рано или поздно такой ребенок себя проявит.

— И что, их никак не спасти? — тихо спросила Айрин.

— Возможности есть, — ответил Мартин. — Несколько домов берут таких детей на воспитание. Кто–то сбегает в Свободные Земли — но это скоро закончится.

— А вы, значит, предлагаете их сдавать на опыты? — нехорошо сощурилась Валери.

— Вас это сильно смущает, юная леди? Но ведь Церковь Света и Духа веками проводит эксперименты над людьми.

— Над преступниками! — воскликнула Валентина.

— Ах, вы полагаете, только над преступниками? — насмешливо поинтересовался профессор — Что ж, виноват. Забыл.

Девушки правильно поняли его интонации, но это не охладило их пыл.

— Это ужасно и отвратительно! — воскликнула подруга хозяйки, Роу.

— Я прекрасно понимаю ваше негодование, юные леди, но уясните себе кое–что! — тон профессора изменился, стал жестче — Вы стоите в самом начале пути познания, и если желаете хоть немного продвинуться по нему, то должны быть открыты новым знаниям. Учениям. Теориям. Как бы отвратительны или глупы они вам не казались, потратьте минуту своего времени, чтобы оценить и взвесить их. Отбросить — легче всего, но понять, что зацепило людей, заставило следовать — вот ваша цель.

— Вы, может, и стоите дальше нас на пути познания, — сквозь зубы процедила Валери — Но вот ваши моральные качества делают лишь первые шаги! В поисках знаний вы совсем потеряли совесть. А может! — повысила девушка голос — Ваш поиск — лишь предлог, чтобы удовлетворить свои тайные желания!

С этими словами Валентина резко встала из–за стола, едва не опрокинув его, и вышла прочь из комнаты.

— Извините, — торопливо обронила её подруга и бросилась вслед за хозяйкой.

— Нет, ты слышала! — донёсся до него возмущенный голос Валентины — «Уясните себе кое — что»! — передразнила она его, и профессор не смог сдержать улыбку, уловив в голосе самодовольные нотки.