Циничный Алхимик. Том 2

Также убедительно прошу их запомнить полукровку, снующего туда-сюда на разных повозках. Они ссылаются на безальтернативность проверки, и мне ничего не остаётся, кроме как уехать ни с чем.

Однако это только со стороны так кажется, ведь когда они подсядут на печенье и буду умолять о новой дозе, тут я их и заставлю пропускать меня без остановок. Ну ничего, они у меня ещё попляшут, бюрократы грёбаные.

На улице уже темно, а поэтому я позволяю Лео пересесть на передние сиденья. Тем более он не может на словах объяснить, на какой из пяти рудников нам нужно, а поэтому будет сидеть и показывать дорогу.

И вот мы уже выезжаем из города и быстро добираемся до серпантина, который уходит вниз примерно на полкилометра. Из-за неудачного рельефа к спуску добавляются лишние десять километров, которые можно было бы сократить, выдели Милиан деньги на прокладывание новой дороги. Да, алхимикам седьмого и шестого класса пришлось бы попотеть, но зато остальные экономили бы добрых полчаса в одном направлении.

– Учитель, впереди резкий поворот… – предупреждает Лео.

– Я знаю.

– Вы бы сбавили скорость…

– Ага, – я наоборот нажимаю на педаль газа. – Держись!

– Учитель! Что вы задумали?! – Лео вцепляется в ручку двери.

– Немного срежем… – рисую алхимический круг. – Слайд!

Перед самым ограждением повозка налетает на воздушный трамплин и начинает катиться вниз, набирая скорость. Свободной рукой я отключаю передачу и позволяю колёсам крутиться без дополнительной нагрузки.

Надеюсь, колёса выдержат…

Мы скользим вниз примерно под углом в тридцать градусов, а повозка всё разгоняется и разгонятся. Сколько лет я уже не слышал этого приятного звука, когда встречный ветер бьёт по стёклам с такой силой, что ничего более неслышно.

Лео вжимается в кресло и дрожит от страха. Ему кажется, что мы вот-вот разобьёмся, но почему-то он даже не кричит. Возможно, моё спокойствие и хладнокровие вселяет в него толику уверенности, что всё будет хорошо.

Дороги впереди не видно, но я ориентируюсь по фарам других повозок и направляюсь им навстречу, точно самолёт, который заходит на посадку. Чем ниже мы опускаемся, тем быстрее уменьшается угол скольжения. Повозка быстро замедляется, теряя энергию. Её аэродинамические свойства настолько плохи, что при наклоне в пять градусов, она начинает спускаться со своей обычной скоростью в тридцать километров в час.