В интересах государства-7. Величие

— А если скажу, что знал. Пусть не обо всем, но о многом. Что изменится?

— Тогда я перестану тебя понимать и не буду знать, друг ты мне или враг. Потому что тебе известно, на чьей я стороне.

В окно постучали. Серега опустил стекло, забрал протянутые Елиным документы — надо же, лично вынес. Небось, хотел подглядеть-подслушать. А затем сухо попрощался и дал по газам так резко, что я вспомнил первые строки «Отче наш».

— Фига ты водятел.

Мы выехали на прямую южную трассу. Перед нами сиял бледным куполом освещенный Петрополь.

— У меня был выбор: присоединиться или оказаться среди тех, кого лишили Осколка и отправили в отстойник, — прорычал друг и покосился на меня. — Убить меня они бы не смогли, но оставить гнить до наступления естественной смерти или тренировать на моей тушке различные виды губительных заклинаний... Короче, моей особенности нашли бы применение. Я решил, что от свободного меня будет больше толку.

— И дал клятву, да? — печально улыбнулся я.

— Конечно. Связал себя Словом. Иначе никак.

Я вздохнул.

— Что ж, винить тебя я ни в чем не буду.

— Если ты забыл, я дал кое-какие обещания твоей сестре, — зло процедил Серега. — Твоя семья на меня полагалась. Тебя не было, а я мог помочь им своим поступком. Служить Ксении Константиновне было единственным вариантом, чтобы отвести от твоего рода беду.

На всякий случай я взглянул на безымянный палец его правой руки. Кольца не было. Значит, все не настолько далеко зашло.

— Помолвлены?

— Да. В ноябре свадьба. Я едва успел... Мы с твоими все обговорили за пару часов до того, как за ними пришли... Мне повезло — позвонил куда следует, устроил выволочку, подключил авторитет. Пронесло. Но если ты сейчас начнешь подрывную деятельность... Миш, ты всех нас погубишь. Меня заставят выбирать между твоей семьей, между тобой и Олей и... И жизнью. И тогда я точно ничем не смогу помочь.

Да уж, блин. Смотался, что называется, в отпуск.

К Сереге никаких претензий не было. Наоборот, я чувствовал лишь благодарность за то, что он позаботился о моих. Да, все пошло не по плану, ведь мы не хотели торопиться связывать семьи. Но время играло против моих, и Воронцов все сделал правильно.

— Значит, я верно понимаю, что ты служишь и связан клятвой, но ценностей и методов тех, кто все это затеял, не разделяешь? — осторожно уточнил я.

Воронцов сбросил скорость, когда трасса перешла в широкий проспект.