Якудза из другого мира 9

– Спасибо, если это не сладкая лесть!

– Никакой лести, всего лишь признание очевидного факта. Я в очередной раз имею удовольствие лицезреть твоё боевое искусство и это лучшее зрелище после цветения сакуры.

– Не перегибай, а то ведь я почти поверил.

– На самом деле физическая активность на отличном уровне. Но вот умственная активность заставляет вспомнить, что тебе не мало лет, – опустила с небес на землю Юмако.

Ректор поднял бровь. Он взглянул на жену, с которой прожил не один десяток лет. Если она позволяет себе подобные высказывания, то этому должно быть какое-то оправдание.

Они вместе прошли не через одну военную операцию прежде, чем выбрали спокойное преподавание в военной академии. И всегда понимали друг друга с полуслова, но вот сейчас наступил тот миг, когда половины слова стало мало.

– Пояснишь последнюю фразу? – спросил Хидео.

– А что пояснять? Зачем ты предложил хинину стать призраком? – спросила жена. – Ты же знаешь, что татуировку с лица ничем не вывести, а это будет для противника ярче красной тряпки для быка.

Хидео усмехнулся. Он тянул с ответом и видел, как терпеливо ждет Юмако. Уж что-что, а ждать Юмако умела. Она как-то целую неделю пролежала в снайперской лежке, прежде чем сделала один единственный выстрел. Всего один выстрел, спасший жизни тысяч людей.

– Я взял на себя всю ответственность, Юмако. И татуировка хинина вовсе не проблема. У него есть одна особенность, о которой знает немного людей.

– И что это за особенность?

Хидео снова загадочно улыбнулся.

– Идем, Юмако…

Жена сначала хотела что-то сказать, но промолчала и последовала за мужем. Ноги утопали в песке арены, которая видела множество бойцов. Время песчинками убежало прочь и вот уже они встали на указанных местах.

– А теперь смотри, – произнес Хидео.

Он не показал – куда именно смотреть. Задал задачку на сообразительность, чтобы Юмако могла сама найти то, на что обратил внимание ректор, когда уселся в кресло.

Взгляд жены чуть-чуть потерял остроту, уже не столь резок, как был в своё время, когда она ставила зарубки на цевье любимой винтовки. Однако, не заметить такого она не могла.

Прошло меньше минуты и Юмако показала на стену:

– Исправлены иероглифы.