Якудза из другого мира 9

– Чего на гниль давишь?

– Всего лишь выказываю уважение и преданность, – изобразил я настолько невинную моську, что даже вечно невозмутимый Казимото прыснул.

– Вот как дам больно, – проворчал Норобу. – Будешь тогда знать, как над старым человеком измываться. И вообще, мне нужно повышение оклада!

– Но я даже не называл сумму, – попытался возразить, но легче было победить в армрестлинге экскаватор.

– Мне плевать! Мне нужно повышение оклада и точка. Я старенький, мне нужны пилюли!

– И деньги на гейш! – подсказала Шакко.

– И деньги на гейш… Чего? Каких гейш? О чем ты, рыжая? – спохватился Норобу.

Шакко тоже попыталась скорчить невинность, но одновременное нажатие с двух боков указательными пальцами заставили её прыснуть и расхохотаться.

– Ха-ха-ха! Подловили, засранцы! – она снова попыталась выбросить руки в направлении колен двух парней.

Однако те были наготове и, как будто по сговору, разом выбросили ноги в сторону, развернувшись и бухнувшись головами на колени Шакко. Теперь уже они скорчили невинные мордашки.

Шакко покачала головой, схватила за челки, а после слегка подергала их, как будто пыталась вырвать морковку.

– В общем так, я рассказал вам о предложении создать группу поддержки призрака, – прихлопнул я по столу. – Вам уже решать – вступать в неё или не вступать! Я даю вам время подумать, через пять минут жду вашего решения.

После этих слов я поднялся с кресла, прошел к окну и вышел на балкон. Аккуратно закрыл за собой дверь, оставляя возможность друзьям поговорить и всё обсудить.

Сам же облокотился о перила и взглянул вниз. Во дворе мототаксисты возились со своими железными конями, переговаривались, зубоскалили. Скоро должен быть ужин, и они все отправятся в столовую. Там семейство хининов Мэдока и Керо Накамура с сыном Харутой уже будут поджидать ораву мототаксистов.

Только две женщины жили на нашей базе – Мэдока и Шакко. Мэдока уже была в возрасте и особого сексуального интереса для бывших босодзоку не представляла, а вот Шакко… Шакко и сама могла за себя постоять, да и два здоровенных лба возле неё постоянно ошивались.

Встречи на стороне я не запрещал, но вот приводить молодых особ на базу разрешалось только мне. И только одну молодую особу – Кацуми Утида, мою девушку. Для любовных встреч остальных ребят я отдал в распоряжение всю Японию. Да, у нас было вот такое вот небольшое условие.