Ловец теней

Не вечно же тебе сидеть у нас на шее.

– Отец прав, – вступила в разговор мама. – Если ты хочешь служить церкви, то иди, как положено, в монастырь.

– А в гарнизоне мест нет? – Генри вскинул голову.

– Я не могу иметь больше одного протеже, – ответил отец и бросил беглый взгляд на Алехо.

Брат, как обычно, молчал. Из-за чего даже ненавидеть его было сложно.

Генри почувствовал, как ему стало душно и захотелось выйти из-за стола. Но за такую сцену ему бы еще и влетело, а потому он остался сидеть. Только угрюмо ковырял вилкой в жареной картошке.

Лишь одна мысль его неожиданно веселила. Как эти милейшие женщины Лиль и Гальего, готовые отправить друг друга на костер, скоро породнятся. Вот у них совместные ужины будут жаркие.

На следующий день Генри наведался к Тьяго и узнал, что тот готовился к какому-то важному заданию аж в верхнем городе. А по поводу грядущего новолуния они с сеньором ничего конкретного не придумали. Так что вся надежда была на него.

Первым делом Генри сходил к отцу, и тот, ожидаемо, отправил его в церковь, сказав, что без их санкции стража действовать не может.

Генри понимал, что все его аргументы в их глазах лишь детский лепет. Тем более, что после пожара в архиве не осталась и документальных свидетельств. Но если бы он смог на самом деле предотвратить преступление, это бы доказало и отцу, и де Веге, что он не обыкновенный бездельник.

Каждой весной церковь набирала послушников в монастыри, откуда начинался путь как обычных падре, так и будущих искателей.

Его расследование исчезнувших девушек тогда не произвело на де Вегу особого впечатления. Но вот если он раскроет целый заговор…

Целый день Генри думал, как заманить неизвестных в ловушку. Идея посетила его прямо посреди ночи, и он с трудом дождался утра. С первыми лучами солнца бросился к дому художника Борильни и забарабанил в дверь.

– Кто пришел в такую рань? – ворчал мужчина. – Мы еще закрыты.

– Это Драйден. Сеньор, от вас зависит жизнь человека!

По плану художник должен будет подготовить объявления, которые Генри разнесет по всему городу, о поиске модели для портрета. Требовалась девочка двенадцати-четырнадцати лет с темными волосами. Лучшую ждало солидное вознаграждение. Всех претенденток собирали в пятницу у Борильни в мастерской.