Ловец теней

Орел и лев, смотрящие друг на друга, а над ними солнце Великого Учителя. – Герб графа де Рианье.

Генри вскочил на ноги.

– И вы рассказали об этом стражникам?

– А толку, – он свернул рисунок. – Что такое слово кожевника против слова дворянина? А впрочем, я бы не удивился, если графа даже не допрашивали.

В архивных записях об исчезновении Анны-Марии не было ни слова про де Рианье. Уж он-то не пропустил бы это имя. Правда, получалось странно, что сеньор решил похитить ребенка, но оставил после себя такой опознавательный знак.

– А вы можете описать внешность вашей дочери? – поспросил Генри, сам пока не зная, чем ему это поможет.

– Красавица, – кожевник улыбнулся. – Маленькая была, а уже видно, что невеста. Тоненькая, румяная, а глаза голубые. И коса черная такой толщины, что ух! Очень похожа на мою почившую жену.

В мастерской повисла паузу.

– Спасибо, что ответили на мои вопросы, – Генри поклонился.

– А толку? Что ты сделать-то сможешь? – мужчина тяжело вздохнул.

– Хочу, чтобы вы знали, что следствие не закончено. Есть еще подобные случаи, и городская стража...

– Сидит на заднице, – перебил его кожевник. – Все, иди с глаз моих! Никого видеть не хочу.

Генри вышел из мастерской с тяжелым сердцем. Он был уверен, что за день не узнал ничего такого, что эти люди не рассказали еще раньше стражникам. И получалось, что Хьяль прав: никто ничего не делал. Если граф де Рианье действительно стоял за похищениями Элоизы, Анны-Марии и остальных, то кто мог спросить с него за эти преступления? Не хотелось думать, что даже его отец был бессилен против дворянского титула.

До дома Генри добрался пешком. По дороге ему было о чем подумать, и он не заметил, как очутился у порога. После ужина он рассказал обо всем отцу. Тот выслушал, не перебивая, и лишь в конце сказал:

– Этим делом теперь занимается церковь, но думаю, тебе стоит встретиться с аюдантом де Вега и рассказать ему все, что узнал.

– Думаешь, он услышит что-то новое? – удивился Генри.

Отец потрепал его по голове, чего не делал последние лет пять.

– Он увидит, что ты способный малый. А там, кто знает...

Генри улыбнулся, как объевшийся сметаны кот. Не то чтобы он мечтал о карьере в церкви, но если аюдант признает его полезным, значит, и отец увидит, что он не только небо коптит. И уж точно ничуть не хуже Алехо.

***

Окно было открыто. Белая шторка чуть покачивалась от ветра. Солнечные лучи касались его лба.