Сладкий уксус

Я стояла в подземелье, точнее в конце прокопанного в земле туннеля: глиняные стены, глиняный же потолок, сырые комья земли под ногами. Здесь еще явственнее пахло затхлостью и даже плесенью. В носу сразу зачесалось – на плесень у меня была аллергия. Оглянулась – каменная стена с закрытым дымкой лазом была за спиной.

А впереди из-за ответвления подземного лабиринта исходило свечение: серебристое, искрящееся, как только что выпавший снег в свете фар.

По уму, конечно, надо было вернуться обратно, в каменный коридор, но…

«Ой, и что тут такого! – мысленно успокоила я себя.

– В реале, скорее всего, это подсобка с метлами, швабрами и тряпками. В любой момент могу нажать взглядом на волшебную кнопочку, и дополненная реальность отключится. Но раз уж попала сюда – интересно же взглянуть, что это там светится!»

Я прошла вперед по подземному ходу, в некоторых местах инстинктивно пригибаясь – потолок был низковат и сочился водой. Под ногами противно чавкала мокрая глина, стены земляного лаза кое-где были укреплены грубо отесанными бревнами с явными зеленоватыми следами – плесень.

Поморщившись, зажала нос и прибавила шаг. Свечение по мере приближения к нему усиливалось. А еще начали встречаться кости – мелкие, раздробленные, скорее всего – крысиные. Я приподняла подол платья и старалась перешагивать их, но пару раз нечаянно наступила, вздрагивая от омерзительного хруста. Губастая поселянка, коей я стала в этой реальности, была обута в кожаные башмаки с деревянными пряжками и деревянной же подошвой.

В голову настойчиво стучалась разумная мысль: «Зачем мне это надо?»

Но была побеждена не менее рациональной: «Несомненно, глупо лезть в незнакомое место. Но еще более глупо бросать начатое на полпути. Лучше пожалеть о сделанном, чем о несделанном!»

Наконец, миновав очередную петлю туннеля, я попала в небольшой подземный зал: от него, словно лучики от звезды, в стороны расходилось несколько коридоров, аналогичных тому, по которому пришла я.

Здесь свод был выше и укреплен деревянными брусьями, изрядно почерневшими от воды.

Посереди зала стоял грубо сколоченный стол с выдвижными ящиками и вздувшейся от сырости столешницей. На столе лежали глиняные черепки, очевидно бывшие раньше посудой, и целый скелет крысы. Пол в помещении густо усеивали кости.

На стене проступала кристаллическая горная порода, испускающая рассеянный свет. Но серебристое свечение исходило не от нее!

Я прошла еще немного вперед – к манящему свету, привыкая к треску костей под ногами.