Против всех - 2. Предел равновесия

Въехали в широкие ворота города до наступления ночи, к удивлению, Валадона они всего лишь удостоились у стражи врат, проверки их на контрабанду, при этом не взяв пошлины за въезд в город.

Внутри город ничем примечательным не отличался, вонь от отсутствия канализации, грязь и даже труппы, в общем, город был лучшим представителем средневековья.

- Простите, но мне нужно отлучиться по важному делу, - легко спрыгнула с фургона монашка. – Встретимся завтра в таверне «Жирный Поп».

- Я тоже отлучусь, мне нужно помолиться богу, своему, - пробормотал сэр Перайдос и скрылся в ближайшем закоулке.

Валадон скептически смотрел на это представление, поражаясь неумению рыцаря врать, уж что-что, а молиться он сейчас точно не будет. Старик заметил на себе, ожидающий взгляд Тарика.

- Не надо на меня так смотреть, никуда я не пойду, стар я уже слишком, для всякого, - туманно произнес старик.

- Я знал, что на вас всегда можно рассчитывать, - улыбнулся избранный.

А вот это было неожиданно, чем надумал заниматься в этом городе парень, у которого тут нет ни родственников, ни знакомых, он вообще тут находиться первый раз в жизни и даже не знает название этого города. Старик вздохнул, не понимая ход мыслей избранного, нельзя предположить и спрогнозировать его действия, что могло вылиться в проблемы невероятных масштабов.

Таверна «Жирный Поп» как не странно была весьма дорогой, хозяин, узнав, что прибыла группа весьма состоятельных клиентов, показал хороший сервис. В большом зале им выделили большой стол, за которым уселся старик с принцессой, которая до сих пор была без сознания и лежала королевской мордой в стол, слуги же сидели за другим столиком, но достаточно близко, чтобы своевременно выполнить любую волю старика.

На заказ принесли теплой воды и кашу с кусочками мяса, старик печалился, что не мог оценить вкус такого простого, но, несомненно, вкусного блюда, и его настроение портилось прямо на глазах, с каждой съеденной ложкой каши. Тут проснулась принцесса, скорее всего из-за порции каши, которая лежала перед ее головой, юная дева, пыталась демонстрировать волю, в грязных лапах своих похитителей.