МАГ 7(возвращение)

Как пришлось мне это очень печально признать, пройдя с немалыми муками перевалы туда и обратно, приведя оттуда сестру Гинса, что оказалось единственно светлым пятном в таком долгом, кровавом и утомительном путешествии.

Хотя смерть барона и баронета – тоже светлое пятно во всей этой истории. Да и смерть тех фантастических мудаков баронов Фонвиз все же радовала очень, хотя теперь все они - снова в царстве живых.

Признать и двинуться туда, куда я так не хотел попасть, на тот самый неуютный для меня Север.

Однако все же оказался там в роли слабого, не любимого ученика, без особых козырей и шансов на победу.

Слава богу, что то путешествие к Роковой горе закончилось отлично, счастливым спасением Черноземья от кровавой, затяжной войны.

Зато теперь – моя легенда очень даже в тему. С одеждой у меня, правда, не сказать, чтобы очень все хорошо получилось. Гильдейское лучше не носить, чтобы избежать вопросов, объяснить ее появление, именно как беженец из-за перевалов я правдоподобно не смогу.

Впрочем можно сослаться на такую же, совсем похожую одежду в армии Сатума, лучше в одном из графств Терума, где местный феодал решил обеспечить свою разведку такой одеждой по своему непонятному капризу.

Только боюсь, что гильдейские при встрече мгновенно поймут, что вещи из именно Сторожки, так что лучше не рисковать совсем. Ибо будут заданы вопросы, на которые нельзя ответить и не ответить тоже нельзя, патовая такая окажется ситуация.

Придется все-таки идти в своем камуфляже, который я выдам за одежду стражников Терума, а именно королевства Коляндии, жителем которого по месту рождения я и являюсь по своей легенде.

То есть по моей легенде до Беды я жил в Черноземье, где-нибудь между шестой и седьмой улицами, около Речных ворот, после бегства из Сатума из-за жестоких и жесточайших порядков, существующих там. И как раз во время Беды за пару дней до ее начала проходил перевалы в Сиреневых горах, решив навестить родителей, поэтому долго не мог вернуться обратно.

Где простые люди чувствуют себя свободными и очень счастливы, что никакие бароны и графы не владеют их свободой и жизнью. И вообще нигде их не имеется рядом на обозримом пространстве.