Ихор. Том 1 На север.

"Копоть", в черном гримуаре его описывают как заклинание, способное скрыть все проявления живой сущности. В фолианте это объясняют тем, что сущность, что использовала "Копоть", покрывается пленкой непроглядного черного цвета, что поглощает шум и не бликует на свету.

Если бы эта пелена закрыла и его глаза, то он сам ничего бы не смог увидеть, поэтому вполне предусмотрительно черная пелена обошла его правую глазницу стороной. Видимым элементом его снаряжения, осталась лишь правая стекляшка его шлема, через которую он и осматривал округу.

Но со слухом так не работает. На время использования этого заклинания, Безликий практически становится глухим. Он не издавал ни единого шороха но при этом сам ничего не слышал. Что несколько проблематично. Но Жаловаться Эос не стал, ибо знал об этом эффекте и все равно рискнул его использовать.

Не смотря на такие недостатки "Копоти", его преимущества с лихвой компенсировали все его минусы. Безликий потеряет слух, но в замен он станет более не заметным и даже перестанет издавать звуки.

Софи что-то говорила ему, это стало ясно по шевелению ее губ. Но ни один звук не мог пробиться через заклинание и добраться до его слухового аппарата. Темный мир вокруг него будто бы замер, ветер перестал колыхать заснеженные ветви игольчатых деревьев, перестал завывать свою леденящую песню.

Каждый шаг сопровождался лишь ощущением того, что под ногами грязная каша, но звуки этого подтвердить не могли, из-за их полного отсутствия. Прикоснувшись к стволу дерева, Эос почувствовал лишь шершавую форму коры, но не шершавый звук.

- Эй, ты чего застыл? Давай, пора уже. - Поторапливала она соратника, тот ее не слышал, но зато хорошо видел.

Жест, поданный бестией, отвлек Эоса от новых ощущений. Размахивая рукой, она указывала глухонемому в сторону укреплений. Безликий чуть не забыл, зачем вообще использовал "Копоть".

Безликий положил руку на плечо Софи и начал активно жестикулировать, пытаясь донести до нее, что начинает действовать. Скорчив озадаченное лицо, ей с трудом удалось понять, что Безликий пытался сказать.

По плану, самое сложное легло на плечи Эоса, это не посредственное проникновение на вражескую стену и тихое устранение часовых. Для выполнения этих двух задач, Эос направился в сторону укреплений, не опасаясь быть обнаруженным.

Со стороны больше было похоже, что нечто потустороннее двигалось по среди вырубленных деревьев, от которых остались одни лишь пеньки.