От Омска до Омска

Причем взвыл конкретно, переходя в последние недели на ультрозвук.

Спасибо людям, которые про меня не забыли и не давали мне уж совсем на стенку лезть: приходили, поили пивом, развлекали байками и новостями, иногда даже в кабак вывозили. Честь им и хвала, иначе я б давно уже слюнку пустил. И компу моему спасибо, за то, что он танчики не тянет, иначе бы стал конченым онлайн-задротом. Тем не менее, шутки – шутками, однако домучил я книжку про вомпёров, про то, как Камил с Васей бегают по несчастному Теневому Омску и всем головы отворачивают, и, вроде, даже успокоился.

Понятно, что когда в тексте кого-то убьешь, даже здесь, в этом мире, как-то легче на душе становиться, особенно, если гада какого-нибудь. Однако книжка, точнее – повесть дописалась, а нога ходить сильно лучше не стала. К тому же меня из травмпункта выперли за непродление больничного листа, у них, оказывается, зряплата зависит от того, сколько больничных открыто. А я им подтереться хотел, да передумал – бумага больно жесткая, к тому же – вся в печатях и автографах.

Да и на черта он нужен, если лечение всегда одно и тоже – лежать на диване и прийти такого-то? А по тону шефа я сразу понял, что ждет меня дорога дальняя и страшно эротическая, хотя и пешая, с заявлением в бухгалтерию в конце этого самого больничного листа.

Короче, приметы – приметами, а тут наступила весна, не сильно так, но снег сошел, птички вернулись, люди на субботники вышли, маеффку отгуляли, и как только смог я ходить без двух костылей сразу же возник вопрос – как отсюда свалить? Вопрос «Куда?» не стоял, понятно дело, на Запад.

Как всякий приличный эльф в случае поганой ситуации собирает чемодан, садиться на корабль и плывет на Запад. Так Толкиен писал, а он профессор и вообще шарит в этих делах лучше всех, даром, что покойничек.

Тем не менее, денег не было – от слова «совсем», и страшно было до чертиков в даль туманную утром ранним пускаться, хотелось забиться себе в норку, под теплое одеялко и тянуть там чай или грог с ватрушками и монитором от мира сего загораживаться.

Можно, конечно, было на работу устроиться, но вариант сей был сомнителен, ибо работы возле дома валялось мало, да еще и сидячей, а ездить куда-то – опять же деньги нужны, а деньги – возьми и закончись, шесть тысяч уже даже для Омска – не деньги. Ладно, короче, занял я сто рублей, (кстати, не помню у кого, надо будет поспрашивать потом).

Да и матушка, посмотрев, как я пакую рюкзак, выдала мне полтишок на хлеб.