Биение

– Да и велика ли забота проверить дороги?

– Пусть, – не унималась Бибера, – но разве король Ардууса повелевает мурсами? Равнина почернела в день его провозглашения императором, ведь так? А что теперь? Появился новый правитель? Или недавний придумал себе еще какой-нибудь титул? Кто все это делает, мне может кто-нибудь объяснить?

– Кто-то, – обернулся, придержав коня, Игнис. – И ты права, может быть, это не Пурус Арундо. Потому что если ему по силам управляться со Светлой Пустошью, то он уже не тот король Ардууса, которого я знал.

– А если ему и нет до нас никакого дела? – предположила Брита. – Тому, кто правит? Если он забирает себе всю силу, не думая о нас? И если огненные волокна и перстень тоже были замешаны на ней, почему он должен был их оставить? Где бы мы ни оказались. Какая ему разница?

– Подожди, – сдвинул брови Игнис. – Волокна – это наследие Лучезарного. Не хочешь ли ты сказать…

– Что вернулся он сам? – продолжила Брита. – Не знаю. Ничего не знаю, кроме того, что две недели назад Пурус Арундо должен был стать императором Великого Ардууса.

– Значит, празднества закончились, – Бибера с сожалением подула на палец, – и император занялся делами. Первым делом прибрал к рукам Светлую Пустошь…

– Кто бы ни стал императором, но делами он определенно занялся, – снова задумался Игнис. – В путь. Не будем медлить.

Им оставалось пройти до Малиту не более десятка лиг, когда пошел мокрый снег. Серость, окружавшая путников, на глазах стала светлеть, затем белеть.

Равнина словно выправилась, выпячивая распадки и подбирая холмы, даже редкие деревья торопились одеться в белое, и, хотя вечер накатывал, становилось светлее.

– Может, еще и обойдется? – поравнялась с Игнисом Брита.

Принц вдохнул сырой и свежий воздух и посмотрел на небо, которое именно теперь отчего-то казалось ему источником опасности. Низкие облака над головами путников продолжали исторгать снег, но высоко, там, где хлопья сливались в туманное месиво, появилась какая-то рябь.

Игнис придержал лошадь, зажмурился, вглядываясь в нее, понял, что сквозь снегопад несется с севера огромная птичья стая, собрался с удивлением покачать головой, как вдруг подала голос Бибера:

– Сэнмурвы! Лопни мои глаза, сэнмурвы!

– Вот и привет от мурса, – с досадой вымолвила Брита.

– Быстро, – прошипел Игнис. – Ельник в полулиге! Там где заснеженные скалы! Быстро!

– Какой ельник? – закричала за его спиной Бибера.