Падение летающего города 2. Путь воина

Тот как раз приготовился атаковать стражников и начал снижаться, разгоняясь и вращая над головой топором.

— Х-э-эх! — выдохнул воин и бросил своё несуразное копьё навстречу наёмнику.

В полёте бутон наконечников раскрылся, и они, как боеголовки, отделились друг от друга, а потом и от самого копья. Между ними сверкнули золотые искры какого-то озарения. И рой наконечников, оставляя за собой золотистый след, улетел вперёд.

Заняло это всё какие-то мгновения, но наёмник успел дёрнуться в сторону, рассчитывая убраться с пути золотистого роя.

Его огромные крылья свернулись и затрепыхали. Но фигура качка и размах его крыльев — слишком большая мишень, чтобы промахнуться. Десяток золотых росчерков прошил насквозь крылья, разбивая их на треугольные обломки, которые посыпались, разлетаясь на более мелкие треугольнички.

Те наконечники, которые попали в тело гиганта, взорвались золотыми облачками, отбрасывая наёмника назад. «Крылья Ветра» больше не держали его в воздухе. Описав в небе большую дугу, словно нокаутированный боксёр, наёмник рухнул в траву, далеко от группы небесных стражников.

Его огромный топор отлетел ещё дальше и плюхнулся в болото.

Небесные стражники радостно закричали. Растянувшись цепью, побежали на барахтающегося на земле качка, всё ещё окутанного золотистой дымкой. Илиин метнул в него копьё. Попал прямо в лицо и разбил маску. Её синие глазницы потухли, а в трещине открылось окровавленное лицо наёмника.

Стражники начали смыкать кольцо окружения вокруг поверженного наёмника.

Прикрыв голову руками, он взревел и побежал на прорыв окружения. Ударом мощного плеча отбросил сразу трёх стражников.

Делая огромные прыжки, наёмник помчался прочь с пустыря. Я был далеко от него, но даже сквозь подошвы сандалий ощутил лёгкое сотрясение почвы от его тяжёлого тела.

Небесные менты хотели броситься в погоню, но Илиин остановил их:

— Оставьте его, братья. Мы увидели его лицо. Позже найдём его на Ветроломах и поймаем.

3. Общее порицание и отдельная похвала

Возрождённый мною воин, продолжая стонать, охать и ругаться на «тупых мальцов, возомнивших себя целителями», поплёлся к древку своего копья, которое упало поодаль.

Я назвал это странное оружие «копьём» по привычке. Ведь применялось оно как копьё. Им можно колоть — сомкнутый бутон наконечников наносил обширные и проникающие раны.

Военные профессионалы Дивии называли это оружие «Цветок Деррида». В честь имени его изобретателя, оружейного мастера Деррида из рода Шерум.