Дети за куполом

Звукач повторил приказ ещё дважды и замолк.

— Ну чего они так долго возятся, — нетерпеливо проворчал Ортей, наблюдая, как из гаража выползает, наконец, чёрный перевоз с цифрой «шесть» на кузове. — Все в машину, живо.

— Вон они! — завизжала вдруг Итина.

Марк задрал голову. В закатном небе над горизонтом появился словно бы косяк из пяти крупных птиц. Всем, правда, было понятно — настолько крупных птиц не бывает.

Если только они не из железа.

Глава 3. Ночной гость

Марк очень старался взять себя в руки, но вокруг было слишком шумно, слишком много ренов и их переживаний.

До третьей вышки, громоздкой конструкции из крашенного в чёрный цвет металла, оставалось совсем немного, когда Ортей выкрикнул во всю глотку: «Шестая на месте!» В ответ раздался чей-то усиленный голос: «Шестая — к северной стене».

— Живо, живо! — торопил их куратор, посматривая на небо, уже почти полностью затянутое искристым полем.

Нижние два яруса башни формировали здание базы, где жил смотритель вышки и дежурили у внутреннего энергосборника форсы — именно за счёт их магии существовал защитный купол. Снаружи вдоль стен тянулись белые панели с углублениями в форме ладоней. Марк на ходу стянул перчатку и впечатал руку в одно из них. Энергосборник так жадно впился в точку выхода, что потемнело в глазах.

— Что с ними? — глазастая Итина кивнула на окружённых медисами форсов.

— Дежурные, наверное, — предположил Ортей. — Когда начали поднимать белый щит, на каждой вышке всего по два-три рена и было. Сборник всю энергию вытянул… Если живы останутся, после такого восстанавливаться не меньше пятидневья.

— Не факт, что мы все вообще живы останемся, — буркнул Вадай, указывая взглядом в небо, на кружащую над куполом железную стаю.

— Ой, не драматизируй, — откликнулась Виольна.

Марк перевёл взгляд на Ортея, надеясь получить подтверждение этим словам, но куратор неотрывно смотрел вверх, на растекающееся защитное поле. Лицо его ничего не выражало.

Зубами стащив вторую перчатку, Марк быстро поменял руку — пальцы совсем окоченели от ледяной поверхности панели. Сверкающее молочное поле сомкнулось на вершине купола, дрогнуло по всей своей площади и замерло.