Дети за куполом

— Не ваше дело, — с улыбкой, но очень твёрдо отозвался Ильдан.

— Какая разница, заслужила или не заслужила, — возмутилась Виольна. — Это не тебе решать, и наказание в этом случае накладывать тоже не тебе, Орт.

— Уж ты бы помолчала, — огрызнулся тот. — С каких пор тебя волнуют такие мирские мелочи? Э, — он погрозил пальцем Ильдану, который явно собрался ещё раз попытать удачу, — тебя я наказать точно могу.

— Выступаем через полчаса! — выкрикнул спустившийся со второго этажа альб и снова ушёл наверх.

Шестые, переглядываясь, расселись по прежним местам. Молчание вязкой субстанцией накрыло с головой.

— Ты мне только одно скажи, — снова обратился Ортей к своей младшей, нарезав пару кругов по холлу, — что мешало тебе выстрелить?

— Ничего ей не мешало, — не выдержал Марк, в сердцах отшвыривая обрубок дерева, на котором ножом пытался вырезать узор, успокаивая нервы. — Выстрелить можно было раз пятьдесят, а она стояла и пялилась на него, как на всевышнего во плоти!

— Ты не… — Карина на этот раз хотела ответить, но Ортей умотал прочь, словно не желая ничего слушать; она бездумно провела рукой по красному отпечатку длинных пальцев на щеке и повернулась к Марку: — У тебя же брат в человеческой армии, да? Представь, что тебе дают приказ стрелять в него.

— При чём тут брат? — зарычал Марк. — Этот мендиец тебе брат, хочешь сказать?

— Хочу, — бесцветно ответила Карина. — В своё время именно он вытащил меня из полной задницы. Всё объяснил, рассказал, научил контролировать магию… Кем нужно быть, чтобы после этого стрелять в человека?

— Научил, — с досадой повторил Ильдан после паузы.

— Почему ты тогда не ушла с ним, если он такой замечательный? — Марк чувствовал, как теряет последнее терпение.

— Потому что мой дом в короне.

— Ты хоть примерно представляешь себе, какое тебя ждёт наказание там, «дома»? — вполголоса осведомилась Азира, проходясь пальцами по болячке Марка чуть жёстче, чем требовалось.

Рубра снова подняла голову, оглядела восемь пар уставившихся на неё глаз.

— Если бы можно было всё вернуть назад, — тихо, но чётко произнесла она, — я бы поступила точно так же. И не имеет никакого значения, что вы все или кто-либо ещё об этом думаете.

***

— Конечно, под арестом, — кивнул командир на вопрос Ортея, бросив на Карину неприязненный взгляд. — Пусть сидит здесь до нашего возвращения.