Дети за куполом

Марк с благодарностью принял миску из рук наставницы. Может быть, качество похлёбки и оставляло желать лучшего, но по крайней мере она была горячая, а он только сейчас обнаружил, как в помещении холодно. Наверное, виноваты были выбитые окна. Или это сказывалось траурное настроение?

Время тянулось медленно. Солнце клонилось к горизонту, скрытому силуэтами вразнобой натыканных домов. Монотонное журчание голосов усыпляло. Командир, аргенты и альбы сновали по зданию, споря по поводу стрелковых позиций, засад, строя бесконечные предположения о роде атаки, что попытаются организовать люди…

Рядом поёжилась и подвинулась ближе к нему Карина.

— Замёрзла? — вполголоса спросил Марк.

Она кивнула и прижалась плечом к его руке. Он осторожно высвободил руку и приобнял её за плечи, в любой момент готовый отшатнуться, если наставнице это не понравится. Напрасно боялся: она охотно опустила голову ему на плечо и притихла.

Всего через несколько минут её дыхание стало ровным и медленным. Марк попытался уснуть сам, но не давали резкие звуки, окрики и что-то хором распевающие в своём углу вторые, неожиданно оказавшиеся той ещё музыкальной семейкой. Вздохнул и сдался. Принялся вместо этого разглядывать лицо спящей старшей.

Сейчас, когда эти жуткие тёмные глаза были закрыты, она казалась совсем ребёнком. Прядь чуть отросших волос упала на лицо, пушистые ресницы чуть подрагивают, губы слегка приоткрыты…

Марк вдруг осознал, что улыбается, словно идиот, и резко вскинул голову — не видел ли кто? Видели, как оказалось, все, кому не надо было.

Он успел прочитать любопытство в глазах Итины, радостное удивление — у Ильдана, отчаяние и непонимание — у Камайлы… Но хуже всего был взгляд куратора. Ортей единственный не отвёл взгляд, а ещё несколько мгновений смотрел в упор — насмешливо, ядовито.

***

— А они не торопятся, — заметил кто-то из альбов.

Карант уже был на взводе. Вечерело, а ожидаемой атаки так и не случилось. Командир надеялся до темноты взять следующий объект — но увести с базы бойцов, оставив её без защиты, он не мог.

И даже теперь, когда разведчики доложили наконец о приближении врага, приходилось ждать, и ждать долго.

Поэтому когда по базе полетела команда «Алерт!», карант огласился негромкими, но ликующими выкриками.