Книга обид Карак-Азум

Он хотел бы, чтобы каждый погибший гном из Карак-Азума отведал сего прекрасного напитка. Слезы покатились по щекам от охватившего сердце горя. Поднеся кружку к губам, Бьёри втянул густой аромат традиционного гномьего пива. Оно мягко потекло в желудок, и он почувствовал, как все его тревоги прошедших дней растаяли.

"Воистину божественный напиток! Воистину троллиное пиво!"

— Интересно, как сейчас поживает барон? —осушив щербатую кружку, гнома внезапно наполнило спокойствие от дружеского участия его предков и братской разудалой песни.

— Людишка, — произнёс Фирд, — он присмотрит за детьми Карак-Азума, иначе Белегар сотрёт каждый камень его замка в порошок.

Задумавшись, Фирд глубоко вздохнул, а потом сделал ещё один богатырский глоток пива из рога, который он сжимал мозолистыми руками.

— Кажется тебе нравится находиться здесь…

— Верно, — согласился Бьёри улыбнувшись.

Хирд хмыкнул, а после косо взглянул на долгобородов. Сколько братья себя помнили они знали наверняка — где собрались долгобороды, там жди ворчания. Ведь на любой трапезе найдется слово о политических и военных делах. И грядущий спор лишь вопрос времени.

Совет Старейшин состоит из самых старых и самых мудрых гномов крепости и внушает почтение. Король редко выступит против прямой рекомендации своего Совета, хотя в то же время совет редко поставит под сомнение мудрость короля, показавшего свой нрав.

Во всякое время имеется только один верховный король. Со времён Готрека Звездодробителя, как правило, это были короли Караз-а-Карака. Это отражает статус самой сильной крепости, конечно же после падения крепости Карак-Восьми-Вершин. Номинально верховный король повелевает всеми вассальными королями, однако на практике это обычно вопрос сотрудничества, а не командования, поскольку гномы, и особенно гномьи короли, личности гордые и не привыкли слепо повиноваться.

Ранее Совет подчинялся мудрости Торгрима Злопамятного. Однако сегодня, его амбиции могут показаться слишком резкими и идущими в разрез с вековыми традициями…

Внезапно король поднял руку и все прочие гномы затихли. Великая Книга Обид как всегда хранилась у правителя на коленях. Он пристально посмотрел на собравшихся.