Книга обид Карак-Азум

Бьёри бил по черепам и косил по несколько гоблинов сразу, когда зеленокожие безрезультатно пытались его заколоть. В сечу бросились эльфы, вырезая не меньше орков своими мечами. С зажатым полем боя и оружием предков в руках гномы разили орков с каждым ударом.

Взмах молота и грудная клетка орка треснула словно прогнившая бочка. Еще удар и гоблин кубарем полетел назад врезавшись в своих побратимов. Руны на молоте засияли. Чувствуя великую силу, Бьёри, что есть мощи ударил по чешуйчатой челюсти речного тролля.

Великан вскинув руки завалился назад, раздавив в кашу гоблина-всадника и паука.

«Слишком много» — безнадёжно подумал Рихард. — «Слишком много врагов осталось в живых».

Тело Рагнара превратилось в кровавое месиво, когда каменный тролль разбросав гоблинов ворвался в ряды гномов и нанес сокрушающий удар дубиной. Следопыт, сражавшийся рядом с ним, сменил меч на лук, но Четкий пацан взмахнул своим тяжёлым топором в бок лучнику и глубоко погрузил его в плоть. Орк взвизгнул в экстазе, когда горячая кровь хлынула огромным потоком, его заострённая чёрная броня окрасилась в красный, как и его пасть.

Внезапно яркая вспышка света вырвалась из лука Лианэля. Огромная стрела света вцепилась в плоть бушующего тролля и выжгла его изнутри оставив лишь обугленные кости и каменную кожу.

Бьёри оторвал взгляд и снёс атакующего орка ударом молота. Хотя полдюжины жутких пауков уже подбирались к нему по горе трупов, его внимание безотрывно было приковано к развернувшейся драме на правом фланге.

Пока Лианэль сражался с тремя черными пауками, Стальбороды оттаскивали раненных гномов в тыл. Орудуя мечами в грациозном танце, следопыт сразил двоих и проткнул пасть самому огромному пауку.

Руки Бьёри горели от напряжения, когда он бил молотом снова и снова наступающих арахнидов. Рейнджеры теперь кричали от неимоверных усилий, а не от злости, погружая свои тяжелые топоры снова и снова в мускулистую плоть, пока их плечи не оседали, а голоса не пропадали. Вот-вот враги сумеют пробить стену.

Чувство отчаяния висело в воздухе, неизбежность, которая толкала гномов и эльфов на героизм.

Здоровяк, который возглавлял черных орков, вознес топор и изо всех сил размахнулся им на Разиэля у того за спиной, разрубив его от плеча до паха. Брызнула кровь, но орк едва успел освободить рубило, как топор Рихарда описал дугу и впился дикарю в позвоночник.

Теперь силы гроби превосходили их числом — по крайней мере шесть к одному, судя по всему.