Книга обид Карак-Азум

— Добро пожаловать, Бьёри и братья! — произнес он.

Слова будто разрушили заклятие оцепенения, и Бьёри неуклюже шагнул вперед. Ядри наклонил голову. Впрочем, это не скрыло его улыбку:

— Тут нечему удивляться, малый Бьёри. Эта пляска стара как горы, — сказал он, опираясь на свою двуручную секиру. — Я не могу противоречить воле долгобородов и опозорить честь моего клана. Но это не значит, что сам я — тайком конечно — не желаю хорошенько подраться.

Ну что, недомерки, пожалуй, настал час выпить и познакомиться поближе?.

От Рихарда и остальных друзья узнали, что гроби Краесветных гор словно ручьи стекаются к Драконьему водопаду. Далеко не все зеленокожие хотят покинуть захваченные крепости и "крутые цацки", но довольно многие желают объединения с ордой нового вожака на юге. Кем бы он ни был и какой силой не обладал, рейнджеры не должны позволить этим зеленокожим добраться до своих собратьев.

— Мы начнём с пастухов сквигов на юге, истребляем их, а затем займёмся гроби у водопада, — пробормотал Рихард, разливая заранее припрятанную бочку пива.

Гномы, внимательно слушавшие предводителя, согласно закивали. План был ясный и в то же простой как гоблинский верстак. Такой расклад друзей вполне устраивал. Однако, конечно, далеко не всех. Каждый в отряде хотел драться и как можно скорее отомстить за обиды, но принципы гнома и характер всегда требовали точности, размышлений.

Рихард видел это в их глазах. Видел это и Бьёри. Но как убедить столь верных традициям воинов? Молодой гном притупил взгляд, уставившись на исписанные шрамами ладони.

Был бы здесь Торвальд, он нашёл бы, что сказать. Он то знал, как напутствовать братьев к битве…

— …Бьёри, — внезапно окликнул пивовар, передавая наполненную кружку. — Возможно… ты скажешь нам слово?

— Я? — удивился последний, неуверенно принимая драгоценный напиток. Все тут же подняли взгляды и посмотрели на гнома из Карак-Азума со странным блеском в глазах. Даже Хирд и Фирд отложили кружки.

Конечно, они ждали от них верных слов, ведь именно подвиг Торвальда и других гномов Карак-Азума собрал этих воинов.

— Я... Я не знаю… — Бьёри не мог подобрать слов. В жизни молодого гнома всегда были те, кто мог сказать за него. Сперва это был Хаакам, видавший виды старый воин, а после Торвальд, в бывшем страж Восьми-Пиков-Карака… А он? Он просто Бьёри. Один из обездоленных гномов Карак-Азума…

— Не трогайте парня, — сказал Ядри, скорбно покачав головой. — Он ещё молод.