Меч Тёмного (Книга I. Право на честь)

Выглядел Доминус неважно. Белое, словно яйцо пеликана, лицо, бисеринки пота на лбу и тяжелое дыхание…похоже, что недавний бой изрядно растревожил его рёбра!

– Не верите мне?! – прошипела Ильма, и её зелёные глаза гневно сузились. – Да знаете, на что мне пришлось пойти, чтобы сведения для командора собрать?! На какие унижения! Два месяца последних я ноги раздвигала перед всяким…

Дальше Ильма начала так ругаться, что Витт аж заслушался. Слова, что вылетали из её рта, заставили бы покраснеть даже капитана пиратской галеры.

– Довольно… – устало сказал Доминус. – Я тебе поверил. Веди нас.

– Пхе! – Ильма прервалась на полуслове и вопросительно поглядела на здоровяка. А тот лишь могучими плечами пожал, делай мол, что хочешь.

Женщина фыркнула, повела плечом и двинулась к выходу из зала. Она аккуратно переступала через трупы, и только сейчас Витт обратил внимание, что задница у Ильмы ничего.

«Очень даже ничего, – подумал он. – Весьма».

Они прошли через коридор, спустились по лестнице и миновали с десяток комнат.

Витт мысленно себя одёрнул. С чего это вдруг ему так переживать? Все эти события случились двести лет назад! Люди, которых он видит, давным-давно умерли и в прах рассыпались, за исключением, может быть, Тёмного Легата. Вот с ним пока непонятно, что…

«Собственно говоря, почему он Тёмный? Вроде бы плохого ничего не сделал, – подумал он.

Всё, что видел Витт, разительно отличалось от рассказов учителей и того, что он читал в летописях. Не то, чтобы он так уж хорошо помнил всю эту историю, но про сегодняшние события он никогда не слышал раньше! В этом Витт был абсолютно уверен. И это было весьма странно. Неужели в летописях переврали всё? А зачем?

Между тем они подошли к массивной дубовой двери, обитой по краям железом.

– Заперто! – звонко воскликнула Ильма, толкнув её ладонью.

«Да неужели? – ехидно подумал Витт.

Легат тяжело вздохнул и прислонился к стене. Выглядел он словно оживший мертвец. Недавний бой отнял у воина слишком много сил.

– Отойди! – здоровяк хрустнул шеей и, дождавшись, когда Ильма прижмётся к стене, разбежался и ударил плечом в дверь!

Что-то хрустнуло, то ли дерево, то ли кость. Воин выругался, отошёл на дюжину шагов и снова ринулся к двери!

Крак! По её поверхности прошла глубокая трещина, сверху и до самого пола.