Яровен - день сурка

Несколько смертей подряд заставляют как-то иначе смотреть на жизнь, так что от малейшего страха перед высотой я избавился полностью. Зато приобрел отчетливо выраженную бессонницу и страх заснуть. Из хорошего – я выяснил, что пределы временной петли не ограничиваются по крайней мере неделей. Из плохого – первое впечатление о лесе было ошибочным. Здесь ОЧЕНЬ много различного зверья. И оно хочет жрать. Начать с того, что я уже несколько раз пытался пройти прямо по речке, и каждый раз путь мне преграждали гребаные кошки.

На следующий раз не спал две ночи, отбиваясь от зверей заостренной палкой и огнем. Днем кошки что странно не нападали, просто действовали на нервы копошась в кустах, поблизости от меня. Вполне логичная мысль, что они отвяжутся, или я сумею выйти из ареала их обитания разбилась о реальность. Два дня шел вперед по течению реки, ночью держа оборону от превосходящего противника. Кого-то подпалил, кого-то даже ранил «копьем», так как утром вокруг моей стоянки помимо кучи шерсти и следов от когтей обнаружились кровавые разводы, а до третьей я не дожил, благополучно уснув во время привала, и опять оказавшись на скале. Второй раз я умер еще раньше, так как успел больше пройти за день, уже не отвлекаясь на осматривание местности, и набрел на целую стаю таких кошек, только большего размера и с гривами. Эти вообще набросились на меня днем, и я растерявшись не смог дать вразумительного отпора, практически сразу отправившись на новый виток временной петли. На третий раз я все же решил применить интеллект, а не тупо пытаться пройти сквозь стаи диких животных, и за сутки связал себе нечто вроде небольшого плота, пустив его на воду после водопада. Течение несло плот практически без усилий с моей стороны. Единственное, что нужно было периодически подруливать длинным шестом, чтобы не зацепить островки торчащих из воды скальных пород. Кошаки тоскливо смотрели мне вдаль с разных берегов, я спокойно себе плыл по течению, периодически благодаря свою смекалку за то, что не продолжил самоубийственные попытки пройти по земле (а кошек по мере удаления от одинокой горы становилось все больше и больше). На ночь затормозил плот по середине реки, спокойно переночевал, и под утро продолжил свой заплыв дальше, думая, что жизнь казалось уже бы налаживалась, как все испортило одно непреодолимое обстоятельство. Имя ему – пороги. Началось все с того, что течение реки стало совсем уж сильным. На столько, что рулить плотом стало совсем уж сложно.