Книга вторая: Эльфийский танец

Там, где она с лёгкостью могла видеть практически каждый уголок Планеты, не было только одного. Не было Образа того, в ком она нуждалась больше всего сейчас. Опять. В сотый раз просматривая последнее мгновение, запечатлевшее ту схватку с толпой «инквизиторов», направляемых Кровососом, она успела заметить несколько серых теней, серебряными молниями вылетающих из-за спины Конохамару. «Волколак? Несколько. Целая стая! Тогда он точно жив! Открой глаза!»

***

— Да что б тебя! — Я в раздражении отмахнулся от лезшего в лицо пушистого колоска.

Чем-то напоминавшего Венерианскую пшеницу. Но гораздо выше, и больше похожий на кисточку, чем на растение. Я с головой скрывался в светло-зеленом поле, в отличие от моего спутника. Пожилой Кентавр величественно смотрелся сквозь колосья и, отстраненно вглядываясь вдаль, уверенным шагом вел меня за собой по протоптанной им тропинке.

— Фол, это поле закончится? Конец видно? — Фол остановился настолько резко и неожиданно, что я еле успел среагировать, чтобы не уткнуться головой в его хвост.

— Мы дальше не пойдём. Будем ждать здесь. — Лицо Фола выражало крайнюю степень озабоченности. Казалось, что его и так всклоченная борода обрела собственную жизнь и сейчас пыталась сползти с его лица, шевелясь и извиваясь. «У меня галлюцинации. Вот что бывает, когда меня начинают сильно бить по голове»

— Знаешь, Фол, ты меня в следующий по голове бей чем-нибудь помягче. Мне уже видеться всякое начинает. — Фол криво усмехнулся и, повернувшись ко мне, кивнул.

— Следующего раза не будет.

Если бы кто сказал, что мне придётся столько гоняться за свихнувшимся кицуне, я бы рассмеялся тому в лицо.

— Не так уж и свихнулся я. Сейчас-то всё хорошо. Правда, последнее, что я помню, это как меня ударили чем-то по голове на холме у Игдрасиля, а вот дальше темнота.

— Волки всех перебили там, а тебя вынесли. Они уже не рассчитывали, что ты выживешь, — монотонно повторял он одни и те же расставленные в определённом порядке слова. — Но ночью ты пропал. Искать тебя не стали.

— Фол, в который раз ты мне рассказываешь эту историю? — До меня вдруг стало доходить кое-что.

— Да уж десяток-то точно. Ты как придёшь в себя, так мне заново и приходится одно и то же талдычить. Может, в этот раз ты что-нибудь помнишь?

— Нет. Не помню. По голове ты меня зачем ударил? Тебе мало, что я и так…

— Убить меня хотел ты. Вот мне и пришлось успокоить немного. Мне продолжать рассказывать? Или, может, в этот раз пропустим?

— Продолжай.