Ледяные ветра

Миновали завал из сухостоя и вышли к зарослям орешника, растущего по краю неглубокого, но довольно длинного оврага. Я начал осторожно спускаться. Снега на склоне было много, поэтому приходилось прилагать много усилий, чтобы не завязнуть или, не дай Трое, скатиться вниз. Я справился без проблем, а вот Пекарю не повезло: практически у самого дна оврага он увяз в снегу и брякнулся лицом вниз. Я подбежал к командиру и начал вытаскивать его.

- Ну, ты как? – спросил я.

- Нормально… - прохрипел Ториш. Он смахнул снег с лица, ворота и шапки, и уселся прямо в сугроб.

Я непонимающе взглянул на Пекаря.

- Ну, Могур и все это… Такое ощущение, что история повторяется, – уточнил Ториш.

- Только обстоятельства другие. По крайней мере, теперь я готов.

- Это хорошо, это правильно… Ладно, нечего тут… Пошли дальше.

Обойдя выбранный участок леса, мы быстро вернулись назад. Вскоре затрещали ветки, послышался хруст снега, шаги. Это Джалек с Эдом возвращаются и шумят специально, чтобы мы их ненароком не подстрелили.

Егеря выбрались из зарослей и направились к нам. Южанин кивнул Эду, и тот начал торопливо рассказывать:

- Мы нашли берлогу! Там, - Эд махнул на юг, – запах и, правда, ослабел. Мы прошли дальше и наткнулись на следы, а потом и на берлогу. Кто-то растревожил Могура! Но это было давно…

- Стой! То есть ты хочешь сказать, что медведь вовсе и не шатун? – ошарашено спросил я.

- Я об этом как раз и говорю! Кто-то специально разбудил зверя…

- И кому-то не очень повезло… - мрачно заметил Джалек.

- Да, но тел-то мы так и не нашли! – возразил Эд.

- Могур мог утащить их, – предположил Пекарь.

- Возможно, - согласился Джалек. – Я думаю так же. Ведь запах мы почуяли далеко от берлоги. Медведь успел побегать по лесу. Мне кажется, что он сначала пошел на север, потом вернулся и подался на восток. Иначе я никак не могу объяснить, что его запах сохранился до сих пор так отчетливо.

- Не стоит отбрасывать тот вариант, что медведя гоняли по лесу… И загнали, – сказал я.

- В любом случае обстоятельства изменились, – подвел итог Ториш. – Медведя разбудили насильно и пытались убить… или уже убили, не суть. А это, как вы помните, прямое нарушение закона об убийстве редких животных. Могура, если он не шатун, убивать нельзя. Видимо в наши края снова пожаловали браконьеры.