Ел я ваших демонов на завтрак! Том 1

На самом деле в руках умелого бойца хоть что может стать оружием.

Подобрался для броска и тут взгляд упал на мои руки.

Лядь! Я же дрищ! Это в руках умелого бойца любой предмет становится оружием, а что я смогу в этом теле?!

Так, стоп! А чего это я подскочил? Я же про этот мир ничего не знаю! Как любил повторять прапор Семёнов: «Не надо торопидзе!». А ещё он говорил, что спешка нужна в двух случаях: при ловле блох и при поносе. Ни того, ни другого у меня, слава тутошней Всеблагой, не было! А потому, не посмотреть ли мне сначала, как будут развиваться события?

Пораскинув таким образом мозгами, я захватил палочками очередную порцию лапши и сунул её в рот.

– Ёсико, – тип гнусно улыбнулся. – Сижу и думаю, ты ли это? Никак не ожидал увидеть тебя в таком месте.

– Что ты тут делаешь? – краснея спросила девушка.

Ей явно было неуютно.

Тип нагло рассматривая её прелести, улыбнулся ещё шире:

– То же, что и ты – зашёл поужинать!

– Ты, и в это кафе? – удивилась Ёсико.

– Ты, и в этом кафе? – вернул ей вопрос тип, явно наслаждаясь её смущением.

На меня мужик не смотрел, словно я пустое место.

Ошибка с его стороны.

А может, и не ошибка. Может, он не берёт меня в расчёт, потому что не знает, что Кизаму – уже не тот Кизаму. Хотя, судя по тому, как я задыхался от быстрой ходьбы, не такой уж и не тот. Чёрт!

Мне, конечно, пофиг их сексуальные игры, но я ещё не получил ответы на свои вопросы. Поэтому быстренько допив бульон от рамена, я поставил миску так, чтобы при необходимости её легко можно было смахнуть в морду этому ублюдку, и спросил:

– Уважаемый, а не пора ли вам пора? Мы вообще-то тут едим!

Мужик удивлённо посмотрел на меня, как будто только что заметил:

– О! Малыш Кизаму? Простите, ваша светлость, не заметил!

И тип изобразил издевательский поклон.

Я не спеша взял чашку с чаем.

– Эх, жаль, подостыл… – посетовал я вслух.

– Что? – не понял мужик.

– А вот что! – и я выплеснул чай ему в рожу.

Мужик взревел белугой и вскочил.

Но Ёсико двигалась быстрее. Я моргнуть не успел, как она уже стояла между нами, широко раскинув руки.

– Ты что, Шого, совсем обалдел! Не видишь, чей это сын?! – закричала она.

– Я-то вижу! – с угрозой произнёс ублюдок. – Я всё вижу!

Его угроза предназначалась не мне. Меня он по-прежнему ни во что не ставил.

– Заткнись и убирайся! – рявкнул я, стараясь, чтобы мой ломающийся голос прозвучал внушительно.