Свадебный переполох в Великом Краале Кумбу

Они верили в волшебную силу белых, так как на тех не действовали сильнейшие заклятия самых могущественных колдунов, даже если те сопровождались касаниями посоха мбуху.

Одни белые, доведенные до отчаяния, соглашались и вскоре растворялись, другие напротив, поднимались в горы, уходили в глубины непролазных чащ, селились в пустынях и на болотах. Отгораживались и обживали неудобия, блюдя чистоту крови и вознамерившись однажды возродить белую расу, а вместе с ней и эру благоденствия человечества.

Ничего этого Шимпи не знал. Если и слыхал что-то от гриотов, певших на базарных площадях, то не придавал значения. Он был призовым поединщиком, искуснейшим в своей труппе, не раз побеждавшим в схватках сильнейших противников. Он интересовался только кулачным боем.

А потому, не распознав в вошедшем в ворота Великого Крааля Кумбу арьяна, решил, что перед ним презренный альбинос, который отлично подходит для оттачивания на нем своего искусства.

Старшина привратников Мбасу посмотрел на заносчивого бойца с явным неодобрением, но быстро что бы тот не заметил, отвел взгляд. Знал, что приглашенному самим царем Кумбу Мбангой, гостю позволено многое, даже драться, а вернее бить всех, кого ему только вздумается. Скоро ему предстоял наиважнейший для Кумбу поединок, перед которым следовало хорошенько попрактиковаться, а среди гвардейцев-сотрапезников Мбанги очень быстро закончились желающие, даже впятером, выходить против Шимпи.

— Животные бродят снаружи! — осклабился чернолюд, заступив чужаку дорогу.

Тот остановился и исподлобья посмотрел на задиру с не сулившим тому ничего хорошего выражением лица.

— Эй, недопеченый! Твоя необрезанная матушка, что слишком рано тебя вынула, что бы освободить место для очередного мбонго? Возможно, для ослиного мбонго? — продолжил изгаляться Шимпи.

— Я не держу ответа перед мартышкой, рожденной из грязной задницы! — ответил арьян, ощупывая чернолюда цепким взглядом. Тот был выше на целую голову, без капли жира, тонкий в талии и плечистый, с бугрившимися при движении узлами жил на гибком теле.

— Я проучу тебя за эти дерзкие слова! Зубы не нужны тому, кто не умеет держать за ними язык.