Охота на Грифа

Но Ялмиру этого было мало, слишком мало, через чур мало. Он скорчил гримасу гнева и последний раз, ударив голову парня об пол как можно сильнее, с гневом приподнял меч над его измученным телом, и неровно дыша, с вновь пошедшей кровью, даже не обдумывая удар, с приятным треском пронзил его в грудь, он продолжал давить на рукоять клинка, даже чувствуя как он пробил пол, даже слыша всё новый и новый хруст костей, каждый раз когда он вертел лезвие внутри его тела, он слышал уничтожение костей, разрыв плоти и органов, он чувствовал как убивает его.

Насытившись, устало отпустив меч его руки как веревки начали просто болтаться над землёй, абсолютно без сил. Он встал с колен всё так же, как в припадке глотая воздух, как же болело всё тело, но он нашёл в себе силы сказать последнее слово.

— Я убил тебя, Зенон. - с облегчением сказал Ялмир прижимая ладонь к болящей груди откинув голову назад.

Перестав смотреть на изувеченный и сломанный труп пронзённый клинком, мечник развернулся за спину, туда где сидела принцесса, хозяйка Зенона, его госпожа и та, кто обрекла его на этот заведомо проигранный бой.

— Ваше величество! - словно разгневанный лев рычала Этиль с настолько нескрываемым гневом в сторону наёмника, что самой Хилари стало не по себе и выставив меч остриём прямиком в сердце наёмника.

Генерал уже выставила ногу вперёд, готовая к нападению, с злым оскалом она смотрела на Ялмира который в ответ не стесняясь пожал плечами, что ещё сильнее разозлило генерала.

— Тише Этиль. - приподняла принцесса руку останавливая генерала. — Мешаешь смотреть.

Ялмир приподнял бровь и осмотрел зрителей у стен.

"Никакой реакции" - заметил мечник.

Ни у Гвидо, ни у Анисьи на лице небыло ничего, только сосредоточеность, ни злобы, ни скорби, ничего такого, никакой скорби, никакой печали, почему они так реагируют на смерть товарища? Ялмир насторожился, и с мурашками по всему тело он обернулся на хлюпающий звук за своей спиной.

Когда остекленевший взгляд мечника уловил это, он понял, что лучше бы он не ввязывался во всё это, лучше бы убежал, подготовился и нанёс удар, но теперь поздно.