Охота на Грифа

На шее бледного клинка красовался медный медальон на серебряной цепочке с блестящим многогранным красным камнем, а на теле через плечо был надет ремень с странными белыми плоскими кругами. И единственной загвоздкой было то, что у Анвиля никогда не было похожего медальона. От этого "украшения" исходил жар, слабый, но ощутимый.

"Это не Анвиль"

"Это не иллюзия"

Ялмир взяв себя в руки принял решение о тактическом отступлении, он попятился назад и под взор пары хищных алых глаз, не принадлежащих Анвилю, побежал назад в лес, точнее, туда где светло, он побежал туда, откуда пришла армия.

"Вот глазастый"

То был не Анвиль, мечник должен был заметить это ещё вначале. Аура, поведение, взгляд, это было другое существо взявшее облик старого друга наёмника.

Не стоит забывать, где он находится.

От этих алых зрачков волосы вставали дыбом а сердце уходило вниз. Ялмир небыл трусом, но если это существо имеет хоть какие нибудь навыки Анвиля, то правильным решением будет хотя бы выйти на свет.

Вот уже и те солдаты кажутся мечнику не живыми, и даже лес, будто бы все эти деревья уже давно завяли и зачахли.

Гонится ли это существо за ним Ялмир определить не мог, он только изредка слышал далёкие шаги у себя за спиной. Вот уже и боль в груди не такое уж и большое препятствие для бега, и нагрудник стал вроде бы легче. Такого прилива сил и желания жить наёмник чувствовал разве что в военных компаниях.

Мечник быстрым бегом наткнулся на небольшой овраг, в который он и спустился. Просто бежать было бы самоубийством, рано или поздно его всё равно нагнали бы.

Он полез в свою сумку перебирая бьющиеся друг об друга настойки, которые хранились у него ещё с облавы. В ночном свете ему было сложно разглядеть что же он взял, пришлось щуриться и приглядываться.

Сперва ему нужно выжить. Перед выходом из таверны он вместе с таблетками принял яд, что бы в случае если его поймают и начали бы пытать, если бы его за пару часов не успели спасти, то он бы просто отбросил коньки.

Он достал из сумки маленький бутыль и молясь всем богам, что бы это было именно противоядие, с характерным щелчком открыл бутыль и залпом выпил горькое лекарство, от чего и тут же сморщился.